Подмена

Автор: Ассиди

Фандом: Дж. Мартин «Песнь льда и пламени»

Персонажи: Теон Грейджой, Арья Старк, Джейни Пуль

Рейтинг: PG-13

Категория: Джен

Жанр: AU

Написано: 17 сентября 2017 года

Джейни Пуль назвали именем Арьи Старк и выдали замуж за Рамси Болтона. Но Винтерфелл не только помнит, но и действует, а настоящая Арья Старк — тем более!

1.

Шел снег. Как и вчера, как и третьего дня. Не летний снег, который держался несколько дней, а потом таял. Этот снег не растает до конца зимы. Зима еще не настала, белый ворон из Цитадели еще не прилетал, но сейчас она близко, как никогда.

Теон, как и вчера, как и третьего дня, вошел в спальню Рамси. За ним, волоча тяжелые ведра, вошли три служанки. Поначалу они поглядывали на него с укоризной — как же так, ничем не поможет хрупким девушкам. Но Теон не то, что ведро, и ложку-то с трудом держал. Один раз попытался поднять ведро с водой, наполовину наполненное, и тотчас же разлил. Хорошо, вода была холодная.

— Миледи, — тихо позвал Теон. — Мы принесли воду для ванны.

Она не пряталась под шкурами, как вчера или третьего дня. Она сидела на краю кровати и задумчиво смотрела в очаг. На голос повернула голову и пристально посмотрела на Теона.

Тот остановился так резко, что служанка натолкнулась на него, и из ведра пролилось немного воды. Горячей. Прямо под ноги Теону. Но он не почувствовал. Он пристально смотрел на... Арью? На Джейни?

Глаза смотревшей на него девочки были серыми. А во взгляде не читалось ни капли страха. Интерес, любопытство, немного брезгливости, немного презрения... но страха там не было. Теон хорошо умел читать по глазам.

А уж цвет глаз Арьи Старк и Джейни Пуль он умел различать еще лучше. Карие и серые — как здесь спутаешь?

Служанки, тихо что-то ворча, принялись наполнять водой деревянную ванну. Теон стоял и молчал, глядя на девочку. Показалось? С чего бы? Он не так много и выпил сегодня. На свадьбе выпил куда больше, и тогда ему ничего не показалось.

— Теон Грейджой, — медленно произнесла девочка.

— Вонючка, — пробормотал Теон. — Здесь я Вонючка.

Она как будто бы и не услышала.

— Рамси Болтон, — продолжала она, — Русе Болтон, Уолдер Фрей, сир Григор, сир Меррин, Рафф Красавчик, Дансен, Илин Пейн, королева Серсея.

— Леди Арья, — в отчаянии произнес Теон, — что вы говорите?

— Леди Арья, — повторила девочка. Она говорила все так же медленно, и как будто прислушивалась к чему-то. — Я Арья Старк.

— Да, вы Арья, и если вы будете ей, Рамси не найдет повода вас наказывать.

Она все так же смотрела на него серыми старковскими глазами. Шутки света? Вчера свет был точно таким же. Нет, это он повредился в рассудке. Но что за имена она произнесла? Одни незнакомы, зато другие знакомы и даже слишком. При чем тут королева Серсея?

Арья (или Джейни) фыркнула.

— Здесь меня накажут за то, что я не Арья, а там — что я Арья. А ты кто?

Ответ на этот вопрос Теон знал хорошо.

— Вонючка, миледи. Меня зовут Вонючка.

— Лжешь! — слово хлестнуло, как плеть.

«Да как она смеет со мной так говорить?» — мелькнула мысль. Это была мысль Теона, не Вонючки. А потом пришла вторая: «Почему она так осмелела? Она же боится всех, даже меня!».

Теон в бытность свою в Винтерфелле не обращал внимания на Арью. Чем его могла заинтересовать девчонка младше его на десять лет? На Сансу он и то больше смотрел — потому что она обещала вырасти в красавицу и была возможность, что Теона на ней женят. Арья, как и Бран, была просто мелочью, путающейся под ногами. Теперь Теон смутно вспоминал, что Арья была больше похожа на мальчишку, чем на девочку, и что некоторые гости даже принимали ее за конюшонка. Теон сам однажды чуть не принял. Кто это знает сейчас? Даже про цвет глаз не знают. Но если бы знали, отметили бы, что Джейни и по поведению ничем не напоминает Арью.

Вот только сейчас стала напоминать. От того ли, что он постоянно твердит ей «Будьте Арьей»? Но настоящая Арья не сможет покорно принимать все, что вытворяет с ней Рамси и попытается сопротивляться... но долго ли она продержится?

Так что лучше — внушить ей и дальше быть Арьей или же оставаться Джейни, но во всем повиноваться Рамси?

Так и ничего не решив, Теон произнес:

— Леди Арья, ванна готова. Раздевайтесь и служанки вымоют вас.

Она сморщила нос.

— Я мылась вчера, этого довольно. — И тут же посмотрела прямо Теону в глаза: — Это ты убил моих братьев?

Теон застыл.

— Но я... они бежали, они опозорили меня, и я не мог...

— Ты их убил? — настаивала она.

Джейни не могла смотреть так. Да и Арья не могла. Тогда не могла. Но за два года она не только подросла, но и повзрослела. Глаза серые, совершенно старковские. Так мог смотреть лорд Эддард. Так мог смотреть Робб.

— Я, — проговорил он сквозь силу.

— Лжешь, — сказала Арья с явным облегчением. Потом снова напряглась. — Их убил Рамси Болтон?

Он не смог выдавить даже простого «Да» или «Нет». Арья с полминуты наблюдала за его мучениями, потом спросила:

— Они сбежали? Ты не нашел их?

— Да, — выдохнул Теон.

— Не лжешь, — улыбнулась она.

Теону отчаянно захотелось, чтобы вошел Рамси. К Рамси он хотя бы привык. Он хотя бы знал, как себя с ним вести. Он мог угадать его настроение по выражению лица. И цвет глаз у Рамси никогда не менялся.

— Валар моргулис, — произнесла Арья.

Теон обернулся к служанкам, которые смотрели на них с ожиданием.

— Помогите леди Арье принять ванну, — выговорил он с трудом, — а я скоро вернусь.

Стражники у двери посмотрели на него подозрительно, но ничего не сказали. А Теон вышел из башни и побрел к лестнице, ведущей на внутреннюю стену. Долго он стоял один, вглядываясь в снежную пелену, а потом, будто бы что-то дернуло его, спустился и побрел обратно.

Рамси еще не вернулся, служанки уже ушла, а Джейни (или Арья) лежала на краю кровати, закутавшись в шкуры. Услышав шаги, она повернула голову и посмотрела на Теона испуганным взглядом карих глаз. Карих, не серых.

Теон не знал, что испугало бы его больше.

— Миледи... — вымолвил он, не зная, что сказать еще.

Джейни выпуталась из-под шкур и бросилась ему на шею так резко, что чуть не повалила.

— Спаси меня, Теон!

Теон осторожно обнял девушку, мучаясь от боли в отсутствующих пальцах. Она как будто бы стала сильнее. Джейни дрожала крупной дрожью и вцепилась в него так, что ее не оттащил бы и Рамси.

А если Рамси сейчас войдет?

— Миледи, я же говорил вам, если вы будете хорошей женой Рамси, он вас не накажет...

Она подняла голову и посмотрела прямо в глаза. Ее глаза так и остались карими.

— Не Рамси. Она.

— Кто она? — зачем-то спросил Теон, хотя сразу понял, о ком говорит Джейни.

— Арья-лошадка. Она пришла отомстить мне за то, что я ее дразнила!

Теон, продолжая сжимать в объятьях Джейни, сделал шаг к кровати. Надо сесть, ноги не держат. Нет, садиться нельзя, Рамси потом скажет, что Вонючка провонял собой еще и его постель. Хотя бы посадить Джейни, дать ей выпить что-нибудь...

— Как? Как она может тебе отомстить? Она же пропала, никто о ней не знает!

Теон сам ужаснулся тому, что он сказал. Единственная Арья — та, что стоит, вцепившись в него тонкими руками, никакой другой не существует, так говорит Русе Болтон, в это верит Рамси Болтон и он, Вонючка, тоже должен в это верить.

Но та Арья, что была здесь парой часов ранее пугала Теона не меньше, чем Рамси.

Может, она стала призраком Винтерфелла? И хочет подменить собой Джейни?

Не хватит ли призраков?..

— Нет, — карие глаза были полны слез, — она не пропала, она хочет убить меня, она хочет убить всех! Лорда Русе, лорда Рамси, королеву Серсею...

Эти имена она называла в числе прочих. Она... или Арья? И там были еще другие, незнакомые Теону.

— А кто такие Рафф Красавчик и Дансен?

Джейни всхлипнула:

— Не знаю...

И неожиданно отпустила Теона, присела на кровать и посмотрела на него все теми же карими глазами, но с неожиданной смелостью во взоре:

— Я бы еще и Петира Бейлиша убила!

И, испугавшись собственной смелости, Джейни опустилась на кровать лицом вниз и зарыдала.

Теон не знал, что стоит сказать, и стоит ли говорить вообще, он робко протянул руку, желая погладить Джейни не то по волосам, не то по спине, как из-за двери разделся голос Рамси. Слов было не разобрать. Теон тут же отскочил в сторону.

— Почему моя сладкая женушка плачет? — закричал с порога Рамси. — Вонючка, это ты ее обидел? А ну, давай, утешай ее немедленно!

Развязывая Джейни шнуровку на платье, Теон думал, что, может, был и неправ, считая, что лучше Рамси, чем призрак Арьи.

2.

Не следующий день Арья пришла в Великий Чертог на завтрак. Теон заметил ее первым, может, потому что сидел с краю, а может, потому что внимательно следил за всеми.

— Леди Арья, — тихо окликнул он.

Она остановилась, молча посмотрела на него серыми глазами. Снова серыми.

Как охрана выпустила ее? Она и на них посмотрела так же?

Арья взялась рукой за край стола, Теон перевел взгляд на ее руку... и обнаружил то, что не заметил вчера. Или вчера этого не было? На тыльной стороне ладони правой руки был след от зажившего ожога. А на среднем пальце — от зажившего пореза. Глубокого, судя по всему. Он чуть было не прикоснулся к этому следу, но Арья быстро отдернула руку. Тогда Теон заметил еще несколько заживших ожогов на ладони.

У Джейни таких следов не было. Откуда? Рамси пальцев ей не резал и свечкой не жег.

— Леди Арья, — повторил Теон, не зная, что еще сказать.

Она смерила его презрительным взглядом. Серых глаз, не карих.

— Раньше ты сидел выше соли.

Хмыкнула, развернулась и пошла за высокий стол. Где и уселась рядом с Виманом Мандерли, с аппетитом уплетающим овсянку. Тот обрадовался так, как не радовался даже на свадьбе. Тут же сделал знак кому-то из своих людей и перед Арьей поставили полную тарелку овсянки с медом, сам налил ей вина в кубок и стал что-то тихо говорить. Она слушала, изредка кивала, порою прикусывала губу, над чем-то задумываясь.

Как Теон мог забыть? У Арьи была привычка то и дело прикусывать губу. У Джейни — не было.

Заметил ли это Мандерли? Смотрел ли он на свадьбе на невесту? Увидел ли, как она изменилась?

Мандерли, может, и не увидел. Но Рамси...

Рамси в Великом Чертоге не было. Русе — был. Но на Арью не смотрел, хотя не мог не заметить.

Теон так увлекся наблюдением за Арьей, что упустил момент, как к нему подсела одна из спутниц Абеля. Если бы не упустил — не дал бы к себе приблизиться. По доброй воле с ним никто не захочет говорить.

— Не позволите присесть рядом с вами, милорд? Вам не скучно одному?

— Не скучно, — буркнул Теон. — Уходи.

Она только улыбнулась.

— Смотрю, ваша сестра вышла из своего заточения? Не представите меня ей?

— Она мне не сестра, — Теон зачерпнул ложку овсянки и поднес ко рту. Не хотелось показывать, сколько у него осталось зубов, но есть с закрытым ртом было сложновато.

— Но вы же привели ее к жениху на свадьбу, — женщина пристально посмотрела на него.

Теон опустил ложку обратно в миску. Есть расхотелось.

Может, и правда, представить? Если ее подослал Рамси, ему вреда не будет.

А ей?

Теону вспомнилось ее резкое «Лжешь!». Откуда она поняла, что он лжет? Он же никому не говорил правду о Бране и Риконе, никому! А ей сказал.

Теон опять посмотрел на Вимана Мандерли. Арья ему сказала что-то такое, что он вмиг погрустнел. Потом сказал что-то... и тут же был оборван ее короткой фразой. Может, она тоже его во лжи обвиняет?

Как жаль, что отсюда не слышно! Но ни ему, ни прачкам Абеля за высокий стол ходу нет.

— Представлю, — буркнул Теон. — Если она к нам подойдет.

И заставил себя съесть ложку овсянки. Слишком жидкая и невкусная, но другой еды нет, разве что отбить у собак парочку костей. Так он их и обглодать не сумеет.

— Вы не спросили, как меня зовут, милорд, — сказала женщина, все еще сидящая рядом. — Я Рябина.

Интересно, заметила ли она, как изменился у Арьи цвет глаз? Интересно, кто-нибудь это заметил? Рамси точно заметит... если войдет.

И, разумеется, стоило о Рамси подумать, как он и появился. Не заметил Теона, направился прямиком к высокому столу, наверное, собирался что-то сказать Арье. Может, даже вытащить ее из-за стола и поволочь в спальню.

Виман Мандерли пододвинул к себе краюху хлеба, взял в правую руку нож — большой, острый — и недвусмысленно посмотрел на Рамси, покачивая перед собой ножом.

Рамси, может, и на Мандерли бы бросился, Теон не видел его глаз, но знал, что Рамси способен и не на такое. Но тут Русе Болтон с другого конца стола окликнул его, и Рамси ничего не оставалось, как подойти к отцу.

Арья как будто и не заметила, что случилось. Проводила Рамси спокойным взглядом и продолжила разговор с Мандерли.

Теон только успел подумать, что достанется ему, потому что ему всегда достается, как Рамси помахал ему рукой:

— Иди сюда, Вонючка!

Теон медленно поковылял к Рамси, успев кинуть быстрый взгляд на Арью. Она даже не смотрела в его сторону. А может и успела посмотреть, это он сейчас медленно двигается и плохо соображает.

— Что, Вонючка, на мою женушку заглядываешься? А мне и не жалко! У меня дел много, а ты без дела шатаешься, вот и погуляй с ней по Винтерфеллу, пусть посмотрит, как ты его сжег, а я отстроил.

— Да, милорд, — поспешно ответил Теон.

Рамси как будто облегчал ему задачу познакомить Арью и Рябину. Ну и пускай! Он и не подумает никуда бежать, и Арье не посоветует, а если она что сама натворит — пусть пеняет на себя. Он предупреждал.

Идя на свое место, Теон подумал, что предупреждал не Арью, а Джейни. И сам ужаснулся этой мысли.

3.

Теон не мог понять — почему другие не видят то, что видит он? Почему никто не видит, что девушек двое? Отличить их — много ума не надо, да и наблюдательности особой тоже. Или их различают, но не показывают вида? К Арье даже Рамси не подступался, да наедине они и не оставались. Наедине с Рамси всегда оказывалась Джейни, но и с ней Рамси стал вести себя пристойнее. Нет, он все также ложился с ней каждую ночь и отпускал замечания по поводу ее неумения в постели, но новых синяков на ее теле Теон не замечал. Следов заживших ожогов и порезов — тоже. Это следы были только у Арьи, а были ли у нее синяки Джейни, Теон не знал. Арья при нем не раздевалась.

Арья с ним и не разговаривала, в отличие от Джейни. Вечером того дня, когда Арья впервые вышла к завтраку, Теон, как обычно, пришел в спальню Рамси со служанками и с горячей водой. Джейни попросила отослать служанок и вцепилась в Теона обеими руками:

— Ты можешь поговорить с ней? Узнать, чего она хочет?

— С кем? — глупо улыбнувшись, спросил Теон.

— С ней! — Джейни тряхнула головой. — Она хочет меня убить или не хочет? Я не хотела занимать ее место, меня заставили!

Раньше Теон бы сразу прекратил подобные разговоры. Но теперь это был знак, что не ему одному мерещится Арья.

— Но как? Ты можешь вести себя, как она, но...

Джейни не дала ему договорить.

— Не могу! Я боюсь! А она не боится! А я не могу не бояться!

Она отвернулась, вытерла глаза рукой, потом повернулась спиной и спокойным голосом попросила Теона:

— Помоги раздеться, а то вода остынет.

Когда Теон посадил Джейни в деревянную ванну, он снова вернулся в разговоре:

— Как она стала тобой? Или ты ей? Она пропала, наверное, она мертва...

— Нет, — покачала головой Джейни, — она не мертва. Я не могу ей ничего сказать... но мне кажется... — она замолчала.

— Что кажется? — спросил Теон, намыливая Джейни спину. Чувствовал он себя до невозможности глупо.

— Она в какой-то септе... или не септе... Большой такой храм, а людей немного, изваяния стоят, кто-то молится... а септонов я не видела. Но все так смутно, может они там и есть, а я не разглядела. И она там служит.

Теон попытался представить себе Арью в одеянии септы. Получилось так нелепо, что он невольно рассмеялся. Как давно он не смеялся? С того момента, как взял Винтерфелл... или даже раньше.

Джейни как будто бы и не заметила, поправила волосы и продолжила:

— Скажи ей, что я готова вместо нее служить в этой септе, я даже септой могу стать, все лучше, чем здесь! Она в септу и не ходила никогда, а мы с Сансой ходили в Королевской Гавани, там хорошо, свечи, благовония, все статуи красивые такие...

Теон еще раз попытался представить Арью послушницей в септе. Получилось еще нелепее.

Он взял Джейни за руку и поднес поближе к глазам. Шрамов не было. Ни одного.

— Что? — обеспокоенно посмотрела на него Джейни.

— У тебя сегодня утром были следы от ожогов — вот тут, — он показал искалеченной левой рукой. — И от пореза.

— Это не у меня, — уверенно сказала Джейни. — Это у нее.

— А у нее откуда?

— Не знаю, — Джейни беспомощно посмотрела на Теона. — О свечку обожглась?

Теону трудно было представить, как можно в септе обжечься о свечку. Он, правда, и в септе ни разу не был, но предполагал, что послушники достаточно ловки, чтобы самим не обжечься и септу не спалить.

А, может, это и не так важно? Может, она в кузнице под руки к кузнецу полезла и за горячие заготовки хваталась. Это же Арья. Может, Джейни ошибается насчет септы. Арью проще как раз в кузнице представить. Или на конюшне.

Может, и правда у нее спросить?

— А ты...— Теон замялся, не зная, как задать вопрос. — Когда она здесь, ты где?

Джейни посмотрела на него беспомощным взглядом.

— Не знаю... Я как будто засыпаю, а потом просыпаюсь. Я знаю, что она здесь, но сказать ей ничего не могу, — и она посмотрела на Теона умоляюще. — Но ты сможешь! Скажи, что я могу вместо нее прислуживать в септе, только пусть убьет Петира Бейлиша, а меня не трогает.

— Скажу, — согласился Теон.

А что еще оставалось делать?

Утром следующего дня Арья также пришла на завтрак. На этот раз она разговаривала не с Виманом Мандерли, а с Хозером Амбером. Рамси злобно поглядывал на нее и почему-то на Теона, но молчал. У его стола сидели Серая Джейна и Гелисента и смотрели на хозяина. Не то ждали, что он им кинет что-нибудь, не то жаждали развлечений. Слишком спокойно сидели.

Хотя с чего им было беспокоиться? Но и ждать тоже особо и нечего, костей за завтраком не полагалось, какие кости в овсянке?

Когда Арья вышла из-за стола и направилась к выходу, погруженная в свои мысли, Теон окликнул ее:

— Леди Арья?

Она посмотрела на него, ожидая продолжения. Теон в который раз подивился слепоте всех остальных, включая Рамси, — как можно было не различить Арью и Джейни?

— Не хотите прогуляться по замку?

— Тебе Рамси приказал за мной присматривать? — она усмехнулась. — Пойдем в богорощу.

В богороще было тепло и тихо. От горячего источника поднимался пар, чардрево смотрело на Теона своим красным ликом зловеще и укоризненно. Ему всегда тут было не по себе, даже в детстве. А теперь тем более. И дерево и Арья смотрели на него, и от этих взглядов хотелось спрятаться. А некуда...

Арья заговорила первая:

— Кто здесь вместо меня?

Это был простой вопрос, и Теон без промедления ответил:

— Джейни Пуль, дочь стюарда.

Арья усмехнулась:

— Подружка Сансы? Они в Королевской Гавани только и делали, что объедались лимонными пирожными и шушукались. А на турнире она влюбилась в Берррика Дондарриона... — Арья дотронулась до ствола чардрева и продолжила после паузы: — Если бы она знала, во что он превратился, после того, как его шесть раз убили! Не слышал про Беррика Дондариона?

Теон покачал головой.

— В Речных землях только про него и говорят. Григор Клиган за ним охотился, но так и не поймал. Они хотели меня матери продать, да не успели, я раньше сбежала.

Она закусила губу и отвернулась.

Надо было что-то сказать. Но Теон не знал — что. Глупо и криво улыбнулся и спросил:

— А что ты делала в Речных землях?

Арья села на корточки у пруда и коснулась воды кончиками пальцев. Услышав вопрос Теона, посмотрела на него и с усмешкой спросила:

— А как мне еще было добираться из Королевской Гавани, как не через Речные земли?

— Значит, ты не призрак?

Вопрос был глупым и нелепым, но не более нелепым, чем весь их разговор. И постоянная подмена Джейни на Арью и наоборот.

— Выдумал тоже, — фыркнула Арья, выпрямляясь. — Как я здесь оказалась — сама не очень понимаю, но я не призрак.

Теон посмотрел на воду пруда, потом на ствол чардрева и, наконец, перевел взгляд на Арью.

— Джейни сказала, что ты служишь в какой-то септе...

Арья звонко рассмеялась. С ветки вспорхнул ворон и громко каркнул. Чардрево зашелестело красными листьями, словно бы вторя смеху.

— В септе! — просмеявшись, Арья серьезно посмотрела Теону в глаза и добавила: — Ну, не в септе, но это и правда храм. Один из Семерых там точно есть.

— Джейни сказала, что готова прислуживать там вместо тебя...

— Что? — Арья широко раскрыла глаза. По-прежнему серые. — Она хочет туда вместо меня? Да кто бы ее взял. Хотя... — внезапная мысль озарила ее лицо, она посмотрела куда-то в небо, на верхушки деревьев и медленно проговорила: — А ведь она и вправду может стать никем, это я не могу. Старые Боги зовут меня, я не могу их оставить, как бы не говорили, что Многоликий объединяет всех... Но она не справится...

Теон не очень понял, о чем говорит Арья, но спрашивать не решался. А она, глядя мимо Теона на поднимающийся от поверхности пруда пар, говорила будто сама с собой:

— Мне сколько раз говорили: можешь уйти в любое время, попроси — и отпустим, найдем тебе место, хоть на корабль в Вестерос посадим... А меня там ничего не ждало, я думала, что никого у меня нет и я сама никто. Но у меня есть Винтерфелл и Старые Боги и я не могу стать никем. И отказаться от своей мести тоже не могу, а они говорят, что я должна отказаться, что Многоликий должен решать, кому жить, а кому умереть, а не я... Если она захочет служить ему вместо меня... — тут Арья посмотрела на Теона и проговорила почти беспомощно: — Но как она попадет туда, а я сюда? Даже если я сяду на корабль, от гавани надо еще добраться в Винтерфелл, а дорога по снегу долгая!

— Но сейчас-то ты здесь? — робко спросил Теон. Из монолога Арьи он почти ничего не понял, кроме того, что она действительно находится в каком-то храме, а храм тот — очень далеко. И в то же время она стоит перед чардревом в богороще — та Арья, которую он хорошо знает, с серыми глазами, решительная и прямая, похожая на мальчишку.

— Я и здесь и там! — Арья недовольно тряхнула головой. — А должна быть целиком здесь, а Джейни — там! — она прикусила губу. — Даже если она им не подойдет, они могут подобрать ей хорошее место, хоть служанкой в доме купца, мне предлагали, я отказалась. Мое место здесь!

— Но Рамси... — начал Теон и остановился, не зная, как продолжить.

— Что Рамси? — переспросила Арья. — Он меня не убьет. — И, поймав испуганный взгляд Теона, продолжила: — И сдирать кожу не посмеет. Здесь слишком много северных домов, верных Старкам. Север помнит.

Теон не стал возражать. Того, что Арья не боится Рамси, следовало ожидать. Но ведь он будет мучать не ее, а Джейни... Хотя и Джейни он сейчас стал бить меньше...

Теон вспомнил еще кое-что.

— Джейни просила тебя убить Петира Бейлиша.

Арья снова звонко рассмеялась. Лик на чардреве, казалось, засмеялся вместе с ней.

— Я запомню, — сказала она, прекратив смеяться. — А она не совсем дура. Спроси у нее, что сделал этот Бейлиш и еще... — она прикусила губу, — спроси, что с Сансой. Я знаю, что она пропала и ее подозревают в убийстве Джоффри, но, может, Джейни больше знает?

Она снова прикусила губу.

— Она хотела выйти замуж за принца, вот дура! А ее выдали за Беса. Я сначала не поверила, но лорд Мандерли подтвердил. Она сама бы за него никогда не пошла, если бы не королева. Ничего, до королевы я тоже доберусь.

Теон не стал ничего спрашивать про королеву. Почему-то в устах Арьи угрозы кого-то убить звучали серьезно и немного зловеще. Она верила, что и вправду убьет того, кого хочет, и Теон сам начинал в это верить.

Что же это за храм и что это за бог, давший маленькой девочке такую силу?

Теон посмотрел на чардрево, на воду пруда и с трудом произнес:

— Когда ты узнаешь, кто убил Робба, ты его тоже убьешь?

— Да, — ответила Арья уверенно. — Пока я не знаю, но надо спросить у Фреев. Они будут обманывать, лорд Мандерли уже рассказывал, какую они придумали небылицу, но я умею распознавать ложь. Только... — она снова прикусила губу, — как сделать, чтобы они не болтали потом? Придется убить, а если догадаются, что это я, то достанется Джейни.

— Кто такая Джейни? — послышался голос.

Теон в испуге обернулся. Неужели Рамси? Нет, давешняя прачка — Рябина, кажется, и с ней еще одна. Арья даже не испугалась, смело шагнула навстречу женщинам и улыбнулась.

— Джейни — это не я. Кто вас послал?

Вторая женщина — Теон вспомнил, что ее зовут Френья — переглянулась с Рябиной. Потом ответила:

— Абель.

Арья покачала головой.

— Лжешь. Его зовут не Абель и не он вас послал. Говори правду.

— Смелая девчушка! — улыбнулась Рябина. — Джон Сноу говорил, что тебя не так просто испугать.

— Так это он вас послал? — глаза девочки вспыхнули радостью, но внешне она осталась спокойной.

— Мы пришли спасти тебя, — сказала Френья.

Арья покачала головой.

— Меня не надо спасать. Мне надо помочь.

4.

Винтерфелл заносило снегом. Со стены не было видно ни Королевского тракта, ни Зимнего городка — только белые сугробы и черные стволы деревьев. И то, когда снег ненадолго прекращался, а пока он шел, ничего не было видно и в самом замке. Между постройками натягивали веревки, чтобы люди не заблудились во дворе.

Арью, казалось, снег не пугал, хотя зиму она не застала. Старая Нэн сказала бы «Летнее дитя», но Старой Нэн не было, и летним ребенком теперешняя Арья точно не была. Теон мог сказать, что боялся ее не меньше Рамси. Да что Теон — ее боялись даже Рамсины «девочки». Однажды во время обеда Рыжая Джейна потянулась за упавшей костью возле стола, за которым сидела Арья, но словно бы не сумела перейти неведомую преграду, заскулила и отскочила к другому столу.

Рамси всего этого не замечал. Он и сам сторонился Арьи. Ночью он приходил в спальню к Джейни, а днем бегал по замку в сопровождении своих ребят, ругался, грозился содрать кожу со всех, начиная с оруженосцев и кончая Станнисом, много пил и много кричал. И не замечал Арью, сидевшую неподалеку от него за высоким столом.

Русе Болтон, казалось, тоже не замечал, но иногда Теон ловил его внимательный взгляд, направленный на Арью.

Всех остальных, похоже, армия Станниса, застрявшая в снегах, волновала куда больше, чем Арья. Всех — но не Теона. Рамси велел ему сопровождать Арью везде, куда она захочет пойти в Винтерфелле, но он часто ее терял. Куда ему угнаться за молодой и легконогой девчонкой! А то он и вовсе ее не находил. В покоях ее не было, в Великом Чертоге тоже, а искать в заснеженном Винтерфелле среди лошадей, палаток и развалин... нет, на такое ему остатков ловкости не хватит.

Однако, он бродил одиноко по двору, мимо палаток, мимо развалин, побывал и в своей бывшей спальне, и в септе, и в кузнице, поднимался на внутреннюю стену, потом спускался обратно и продолжал бесцельное блуждание. Несколько раз ему казалось, что среди оруженосцев, лепящих снеговики и играющих в снежки, он узнал Арью, но на расстоянии очень легко было ошибиться, а подходить близко Теон не стал. Зачем мешать оруженосцам играть в снежки?

Леди Дастин окликнула его, когда Теон стоял недалеко от входа в Великую Башню и наблюдал над двумя оруженосцами, сражающимися на деревянных мечах. Одним был Уолдер Большой, а второй двигался так быстро, что Теон не мог понять — показалось ему или это на самом деле Арья? Оруженосец почти развернулся в сторону Теона... и именно в этот момент подошла леди Дастин.

— Ты все так же бродишь по Винтерфеллу? Ищешь свой прежний дом?

Теон много мог бы сказать про свой прежний дом, но промолчал. Одного откровенного разговора с леди Дастин во время похода в крипту ему было достаточно.

— Или ты ищешь леди Арью?

— Да, — произнес Теон. — Я потерял ее из виду, когда мы вышли из Великого чертога после завтрака.

На самом деле он потерял ее из виду еще раньше. Он видел ее на завтраке за высоким столом, она съела миску овсянки с медом, ни с кем не разговаривала, и сразу же исчезла.

— Леди Арью как будто подменили, — задумчиво сказала леди Дастин. — Сначала она постоянно плакала, и Русе Болтон был недоволен. Теперь ей дали свободу и Русе беспокоится, как бы она не сбежала.

— Не сбежит, — уверенно сказал Теон. — Винтерфелл — ее дом, она никуда не убежит.

Леди Дастин пристально посмотрела на него. Неужели догадалась? Но как можно было догадаться до того, что и в голову не придет? Подмена настоящей Арьи на поддельную — это понять можно, но не наоборот.

— Я и не видела ее никогда раньше, да и остальные северяне, если и видели, то совсем крошкой. Кроме тебя, ее и в лицо-то никто не знает. Говорят, она была похожа на Лианну и сейчас я вижу, что это действительно так. Но когда ее только привезли в Винтерфелл, никакого сходства заметно не было. Я тогда еще подумала, что в ней очень мало осталось от тех Старков, что я знала.

Теон внутренне сжался. Леди Дастин что-то подозревает? Он не знал, что ответить и отвернулся, наблюдая за оруженосцами. Те успели пару раз повалять друг друга в снегу, и были сами похожи на маленьких снеговиков.

— Теон! — повелительно сказала леди Дастин. — Ты единственный, кто здесь знает Арью Старк в лицо. Скажи — это точно она?

Здесь даже не приходилось лгать, как на свадебной церемонии.

— Да, это она, — ответил Теон, не колеблясь ни минуты.

Следовало бы добавить, что в Винтерфелл привезли вовсе не Арью, но объяснить, как именно произошла подмена, Теон не мог. Да и сама Арья не смогла бы.

Леди Дастин хотела еще что-то спросить, но тут оказавшийся почти рядом с ними Уолдер Большой не удержал равновесия и свалился прямо под ноги Теону, уронив заодно и его. Пока они вдвоем поднимались на ноги и очищались от снега, второй оруженосец успел убежать. Теон так и не понял, кто это был.


Теон начинал думать, что его самого подменили. Он стал реже думать о себе, как о Вонючке, а чаще — как о Теоне Грейджое. Что Теону Грейджою делать в Винтерфелле? Он когда-то захватил этот замок, но не смог удержать. Теперь замок захватил его и долго не отпустит. Все вокруг замело снегом — куда тут бежать? Оставалось ждать, Теон еще не знал — чего именно, но что-то назревало. О войске Станниса по-прежнему ничего не было слышно, но если даже разведчики застревали в снегу, то солдаты Станниса тем более не пройдут.

Первого мертвеца нашли под внутренней стеной. Собаки уже успели обглодать его лицо и в мертвеце с трудом опознали одного из латников Русе Болтона. Бастардовы ребята предположили, что тот мочился со стены и по пьяни упал, но зачем было подниматься на стену, если в Винтерфелле полно укромных уголков?

Следующим был пожилой оруженосец Эйениса Фрея. Его нашли голым на замковом кладбище. Он мог напиться и заплутать, но зачем ему понадобилось раздеваться?

В то же день на конюшне нашли арбалетчика Флинтов с проломленным черепом.

Теон уже начинал думать, не будет ли он следующим. Но Арья не собиралась его убивать... пока. Может она и стоит за этими убийствами, но она всего лишь маленькая девочка и проломить череп дубинкой здоровому мужчине ей не под силу.

Ночью под тяжестью снега рухнула новая конюшня. Среди трупов погибших под тяжестью досок и снега конюхов и лошадей обнаружился один из бастардовых ребят по прозвищу Желтый Дик и он определенно был убит.

Уцелевших лошадей распорядились поставить в Великом Чертоге, и к вечеру там воняло не лучше, чем от Вонючки в худшие его дни. Зато еды всем навалили досыта — и рыцарям и простым солдатам.

Для Теона конина была жестковата, так что он отдавал предпочтение луку и репке, обсасывал мелкие кусочки мяса и кидал остатки собакам. Неподалеку от него устроились двое оруженосцев — Уолдер Большой и кто-то еще. Кругом стоял шум, Абель что-то пел, за высоким столом громко ссорились Виман Мандерли и Эйенис Фрей, бастардовы ребята громко обсуждали, как они убьют того, кого поймают, но, тем не менее, Теон слышал, о чем говорят мальчишки.

— Тот, кто убил гостя в своем чертоге, привлечет гнев богов.

— Так пусть боги их и наказывают!

— Боги свою волю проявляют через людей.

— Я сам не стану никого убивать!

— А я тебя и не прошу. Ты хочешь стать лордом Переправы?

Теон осторожно оглянулся. Уолдер Большой отхлебнул вина из кубка, посмотрел в стол и неуверенно улыбнулся.

— Ты думаешь, боги этого хотят?

Пристально смотреть было неловко, и Теон отвернулся. Когда он оглянулся снова, мальчишки исчезли. Теперь он точно был уверен, что собеседником Уолдера была Арья.


Кто же будет следующим? Пока что убитые были людьми незначительными, а что будет дальше? Примутся ли убийцы за Фреев, или они ждут, пока Фреи с Мандерли сцепятся сами? Ссоры уже вспыхивали и за высоким столом и за местами ниже соли. Фреи и их люди повторяли одно и то же — «он нас обесчестил», но кажется, сами не верили в правдивость своих слов. Теона вызвали к лорду Болтону и попыталась обвинить в убийствах, но леди Дастин неожиданно встала на его защиту, попросив показать руки. Какие уж тут убийства, если он и ложку-то с трудом держит!

— Дело не только в силе, — сказал Русе Болтон. — У него бы не хватило духу предать моего сына.

Действительно, не хватило бы. Даже подумать об этом не хватило бы. Но выдать Арью у него тоже не хватает духа. Да и как ее можно выдать? Сказать, что на самом деле Рамси женат не на поддельной, а на настоящей Арье Старк?

— Это Мандерли, — уверенно произнес Эйенис Фрей. — Он сам в состоянии только жрать в три горла, но у него много людей и это их рук дело!

— Не один Мандерли потерял родных на Красной Свадьбе, — со значением заметила леди Дастин.

Русе Болтон внимательно смотрел на собравшихся, но ничего не говорил. Осушил свой кубок до дна и легонько стукнул им по столу, привлекая внимание слуги. Тот мгновенно появился возле его места и налил еще вина из кувшина.

Теон от нечего делать пригляделся к слуге. Мальчишка лет десяти, или, может, девочка, не поймешь, волосы темные, лицо обычное, одет в пажеский дублет с ободранным человеком. Наверное, Теон его видел в Великом Чертоге, прислуживающим за высоким столом. А может, и не его. Кто различит пажей или оруженосцев, они в этом возрасте все одинаковые.

Леди Дастин отпила немного из кубка и, глядя на Эйениса Фрея, спросила:

— Что вы будете отвечать, если леди Арья спросит, кто убил ее брата и мать?

— Она не спросит, — неуверенно ответил Фрей, глядя почему-то не на леди Дастин, а на Русе Болтона. Тот поставил свой кубок на стол и обратился к Теону:

— Мой сын попросил тебя сопровождать леди Арью в ее прогулках по Винтерфеллу. Где она?

— Не знаю, милорд, — растерялся Теон, совсем забыв про простонародный акцент, которому учил его лорд Болтон. — Я потерял ее из виду.

— Еще бы, — хмыкнула леди Дастин, — девчонка бегает быстро, а ты еле ходишь.

— Не боитесь, что она совсем убежит? — спросил Рисвелл.

Леди Дастин покачала головой:

— Не убежит. Винтерфелл — ее дом.

Эйенис Фрей что-то недовольно буркнул себе под нос. Русе Болтон пристально посмотрел на Теона.

— Не можешь угнаться за ней? Тогда, может, подыскать ей в компанию кого-нибудь более быстрого? Леди Дастин?

Та чуть не поперхнулась вином.

— Старовата я для такой юной девушки. Может, ваша жена будет куда лучшей компанией?

Тут уже поперхнулся лорд Болтон. Роджер Рисвелл не выдержал и хмыкнул. Эйенес Фрей коротко рассмеялся и хлопнул себя по ляжкам. Теон сам еле сдержал улыбку, представив себе толстую леди Уолду, переваливающуюся по ступенькам вслед за Арьей. Один только слуга сохранял невозмутимое выражение лица. Даже слишком невозмутимое для своего возраста. Впрочем, это же слуга Болтона, Русе их дрессирует по-своему, но результат не хуже, чем у Рамси. Даже лучше.

— Может, запереть ее в спальне? — предложил сир Эйенис.

Русе Болтон покачал головой.

— Чтобы снова пошли разговоры, что Рамси держит дочь Неда Старка голую на цепи? Нет, пусть ходит. Только не за стены замка.

Он снова посмотрел на Теона.

— Иди. Поищи леди Арью. Ты знаешь, что сделает с тобой Рамси, если ночью ее не будет в спальне.

Да уж, Теон это знал. Арья тоже знала, поэтому к ночи неизменно возвращалась. Точнее, возвращалась Джейни.

Но пока что Арьи не было. Раньше она неизменно находила Теона, иногда сразу после ужина, иногда позже, и они шли звать служанок и готовить ванну для Джейни. Сейчас же Теон обошел внутренний двор по кругу, подошел к воротам, вернулся обратно, все время ожидая тихого окрика и легкого хлопка по спине.

Вместо этого он услышал рог. Звук шел из-за стены, глубокий и протяжный, стены будто содрогнулись от него. Нет, стены устояли, это весь замок наполнился гулом голосов ржанием лошадей и звуками шагов.

Станнис уже под самыми стенами! Что же он сделает? Возьмет замок в осаду? Будет штурмовать? Штурмовать надо неожиданно, а не трубить в рог так, что слышно в Дредфорте.

Среди суетящихся у ворот латников Теон заметил Рамси, кромко кричащего на кого-то. Надо поскорее убраться, чтобы не стал кричать еще и на него. И отыскать Арью, чтобы вернуть ее в спальню раньше, чем Рамси туда вернется.

Может, он вообще не вернется сегодня ночью, так и проторчит до утра под воротами?

Рог умолк и забил барабан. Теон заковылял прочь, пока его никто не заметил. Все вокруг гудело от голосов, и он пошел в место, где в это время точно никого нет — в богорощу.

Люди у стены говорили о вылазке. Это разумное решение. Для долгой осады в замке слишком много людей, и слишком много взаимной вражды. Но что будет делать Арья? Не попробует ли она выйти на вылазку под видом оруженосца, а там незаметно ускользнуть? Нет, это на нее не похоже, она не собирается уходить из Винтерфелла. А ему, Теону, что делать? Выйти бы самому на битву и погибнуть там, а не под свежевальным ножом Рамси.

В богороще по-прежнему было тепло. Но ощущению, что ты здесь совсем один, мешал звук барабана, доносившийся даже сюда. Станнис даже здесь не оставит его в покое. Что он сделает с Теоном? Убьет... если только Арья не защитит его. А он даже не знает, что собирается делать Арья. Лучше бы она сама убила его...

— Теон, — прошептали листья, — Теон.

Старые боги зовут его по имени. Они помнят его имя.

— Помогите мне, — прошептал Теон, становить на колени. — Я не могу так больше. Я хочу умереть Теоном, а не Вонючкой. Я хочу помочь Арье...

— Бран, — прошелестело сердце-дерево.

— Ты тоже его слышишь? — раздался тихий голос сзади.

Теон чуть не расплакался от облегчения.

— Нам надо возвращаться в спальню, — сказал он, не оборачиваясь. — Рамси...

— Рамси у ворот рассказывает своим ребятам, как он будет сдирать шкуру со Станниса, — Арья фыркнула.

Теон обернулся. Она была с ног до головы закутана в плащ из серого меха, слишком большой для нее. Что под плащом, было непонятно — может, платье, а может и одежда оруженосца.

— Я не убивал Брана, — сказал Теон зачем-то. Арья это и так знала, но ему захотелось сказать это прямо.

Она кивнула.

— Я знаю. Бран где-то там, — она указала почему-то на чардрево, — он знает, что я здесь. А Рикон... — она оборвала фразу, коснулась кончиками пальцев красного листа и уверенно сказала: — Я знаю, как мне вернуться. Совсем вернуться.

— Как? — выдохнул Теон.

Арья прикусила губу.

— Не сейчас. Завтра, как рассветет.

— А Станнис? Он здесь, под стенами...

— Там не Станнис, — уверенно произнесла Арья. — Я не знаю, кто это, но не Станнис. Он застрял в снегах и не может сделать ни шагу. Это кто-то из северян, им снег не страшен. Я не умею лазать так, как Бран, а то бы перелезла через стену и разведала.

— Что бы ты разведала?

Теон обернулся с ужасом, ожидая увидеть Рамси, но это были всего лишь прачки. Ровена, Френья и еще одна, совсем молоденькая.

— Белка! — обрадовалась ей Арья. — Ты ведь умеешь лазать по стенам?

Девушка не успела ответить, как Арья махнула рукой Теону:

— Подожди меня у входа в Большой замок. Я скоро приду.

И, метнувшись к нему, тихо проговорила:

— Скажи Джейни, что она завтра будет свободна. Если она что-то хочет рассказать, пусть сделает это сейчас. Бояться ей больше нечего.

5.

Всю ночь Теон и Джейни просидели в спальне Рамси, Джейни — на кровати, Теон — на полу. Рамси так и не явился, и это было им обоим на руку. Стражи у дверей тоже не было — все сбежались под стены. Джейни сидела, закутавшись в одеяло, и говорила без умолку. Теон не успевал вставить и слова. Да что бы он сказать? Не рассказывать же про себя, это Джейни неинтересно, а вот то, что расскажет она, может быть интересно Арье.

Джейни рассказывала путано и сбивчиво, на середине рассказа принималась плакать, потом выпивала налитого Теоном вина, немного успокаивалась и начинала сначала. Основное Теон все же понял — как после ареста Эддарда Старка их с Сансой держали в одной комнате, потом Сансу пригласили побеседовать с королевой, а за Джейни пришли какие-то люди и отвели ее в бордель Петира Бейлиша, где она и прожила до самой отправки на Север.

— Почему ты хочешь смерти Бейлиша? — спросил Теон. — Из-за того, что он держал тебя в борделе?

Джейни всхлипнула.

— Не только. Он предал лорда Эддарда. Я слышала, что лорд Старк доверился ему и рассчитывал на его поддержку, а он приставил ему кинжал к горлу. Об этом у нас говорили... то есть в борделе, — быстро поправилась она. А еще говорили...

Тут она разревелась, и Теону пришлось отпаивать ее вином, вытирать слезы краем простыни и гладить по голове, пока она не успокоилась. Тогда Джейни подняла голову, посмотрела на Теона и со злостью в голосе сказала:

— Говорили, что он был влюблен в леди Кейтилин, а потом на Сансу глаз положил. Я слышала, что она исчезла, и Бейлиш тоже из Королевской Гавани исчез.

Вот это была новость! Только вот что же Арья будет делать с этой новостью? Где она собирается искать Бейлиша и как убивать его? Да и всех остальных, кого она хочет убить?

Но Теон бы не стал ей задавать таких вопросов.

К утру Теона сморило, и он задремал прямо на полу, у изножья кровати. А когда открыл глаза, обнаружил, что остался в спальне один. Охваченный ужасом, он вскочил и так быстро, как мог, выскочил из спальни и направился к выходу из башни. К счастью, никого по дороге не встретил, даже бастардовых ребят. Похоже, Рамси вообще снял охрану.

У выхода во двор его поймала одна из прачек Абеля — миленькая молодая девушка.

— Идемте в богорощу, милорд. Леди Арья зовет.

Арья стояла под сердце-деревом. Все в той же серой шкуре, серьезная и сосредоточенная. Увидев Теона, небрежно махнула ему рукой — мол, стань в стороне и жди. Теон вспомнил, что у северян есть обычай приносить Старым Богам жертвы именно под такими деревьями. Не его ли? Нет, на Теона Арья даже и не посмотрела.

Барабан все так же бил за стенами, его было слышно даже в богороще. А другие звуки словно бы отсекались, оставаясь в главном дворе и в башнях. Несколько минут все ждали в полном молчании, а потом послышались голоса.

— Ну и что такого ты мне хочешь показать? — недовольно спрашивал мужской голос.

— Сейчас, дядюшка, увидите, — отвечал ему мальчишеский.

Наверное, Эйенис Фрей мог ожидать чего угодно, вплоть до лазутчика Станниса, взятого в плен храбрыми маленькими Уолдерами. Но вместо этого увидел стоящую у чардрева Арью, шесть женщин вокруг и Теона чуть в стороне.

— Это я вас сюда позвала, — Арья выступила вперед. Левая рука ее была засунута под шкуру, наверное, держала рукоять кинжала.

— Ты кто? — испуганным голосом спросил сир Эйенис.

— Вы не узнали леди Винтерфелла? — Арья нехорошо улыбнулась. — Я хочу с вами поговорить. Я хочу, чтобы вы мне рассказали все о том, как погибли моя мать и мой брат.

Вот тут сир Эйенис испугался по-настоящему. Лихорадочно озираясь в поисках хоть какой-нибудь помощи, он заметил Теона, протянул к нему руку и воскликнул:

— Теон Переметчивый убил твоих младших братьев!

— Речь сейчас не о нем, а о вас, — с невозмутимым спокойствием ответила Арья. — Те северяне, с кем говорила я, не были на Красной Свадьбе, а те, кто был, либо погибли, либо предали дом Старков.

— Это Робб Старк предал нас! — закричал сир Эйенис, брызжа слюной. — Он обернулся волком и загрыз безобидного дурачка Динь-Дона, и его северяне вслед за ним стали оборачиваться волками!

— Вы верите, что северяне умеют оборачиваться волками? — Арья нехорошо улыбнулась. — Может, мне обернуться волком и загрызть тебя?

Уолдер Большой прыснул в кулак. Эйенису было не до смеха. Арья встряхнула головой и продолжила:

— Эту ложь Джаред Фрей говорил при дворе Вимана Мандерли. Говорите правду!

Теон смотрел на Эйениса Фрея и прикидывал шансы. Против одного рыцаря двое детей, шестеро женщин и сам Теон, не способный состязаться по силе и ловкости даже с детьми. Но сир Эйенис перепуган до смерти — не то старковскими глазами Арьи, не то грозно смотрящим на него ликом чардрева, и к тому же на поясе у него не было меча. Либо Уолдер Большой выманил его из Великого Чертога, куда мечи не допускались, либо сир Эйенис просто оставил меч у себя в комнате.

— Я позову своих латников... — начал было сир Эйенис, но его оборвала Рябина:

— Твои латники едят хлеб и овсянку в Великом чертоге, а кто стоит у ворот, не услышат ничего из-за этих проклятущих рогов и барабанов. Отвечай на вопросы миледи, или мы ей поможем.

Она достала из-за пояса острый кинжал и ласково погладила левой рукой костяную рукоятку.

— Спасибо, — кивнула ей Арья, — думаю, я сама справлюсь. Я умею отличать ложь от правды, — она посмотрела прямо в глаза сиру Эйенису, — и догадываюсь, о чем вы молчите. Фреи и лорд Болтон задумали предать Робба Старка еще в Харенхолле? Когда пришла весть о взятии Винтерфелла?

— Откуда ты знаешь? — прохрипел сир Эйенис.

— Я там была, — улыбнулась Арья. — Присутствовала на том самом совете, когда Русе Болтон собирался объяснять Роббу, что война проиграна. А потом прилетел ворон из Близнецов с известием, что Робб женился.

— Он нарушил свое обещание, — возмущенно завопил сир Эйенис. — Он опозорил нас! Он обещал жениться на одной из Фреев! А тебя, — он показал дрожащей рукой на Арью, — обещали выдать за Элмара Фрея, когда вы оба подрастете.

Арья звонко рассмеялась.

— Так вот о какой принцессе он говорил! — она присела, уперлась руками в колени, на глазах от смеха проступила слезы. — Ходил с задранным носом, хвастался, что женится на принцессе, его только пиявками и можно было напугать!

— Что ты делала в Харенхолле? Уолтон Железные Икры привез тебя из Королевской Гавани!

Арья только отмахнулась.

— Сегодня я задаю вопросы, а не ты. Кто убил мою мать и моего брата?

Добиться от Эйениса чего-то вразумительного было сложно. Женщины столпились вокруг него, но кинжалы из ножен не доставали. Рябина подтолкнула его в спину, и он бухнулся на колени, не переставая что-то бормотать про опозоренный дом Фреев и северян-оборотней.

— Кончай его, — тихо проговорила Френья.

— Я должна узнать, — помотала головой Арья. И снова спросила:

— Кто убил Робба? Ты?

— Нет, — затрясся сир Эйенис, — не я! Я никого там не убивал, это Хостин убил Лукаса Блэквуда! А Раймунд Фрей убил леди Старк!

Где-то на верхних ветках чардрева закричал ворон. Арья даже не обернулась.

— Кто убил моего брата?

— Я не знаю, я не видел... там было темно и очень шумно... Пощади!

Уолдер Большой стоял чуть в стороне, сжав кулачки и глядя в землю. Мальчишке было явно не по себе. Теону тоже.

— Врешь, — голос Арьи был тверд. — Кто убил моего брата?

— Русе Болтон, — выдохнул сир Эйенис. — И передал привет от Джейме Ланнистера.

— До Ланнистера я тоже доберусь, — кровожадно улыбнулась Арья. И кивнула Рябине: — Держите его крепче.

Уолдер Большой всхлипнул, но не отвернулся. Теон закрыл рот рукой. А если сейчас кто-то придет? Северяне часто заходят в богорощу помолиться... но не ночью и не ранним утром. Ночью они предпочитают спать, а утром сидят в Великом чертоге за едой. Теон есть не хотелось, но вот кружку эля он бы выпил. А лучше — и не одну.

Арья зашла стоящему на коленях Фрею за спину, достала кинжал и легким уверенным движением перерезала ему горло. Он только коротко всхрипнул и упал лицом вниз. Где она так научилась убивать, интересно? Она ведь чуть старше маленьких Уолдеров!

Прачки смотрели на Арью с уважением и восхищением, Рябина, проверив, мертв ли Эйенис, выпрямилась и сказала:

— Молодец, девочка!

— Я не девочка, я волчица, — мрачно произнесла Арья. И тут же сменила тон: — Надо спрятать его под снегом, ближе к стене, следы заметет, и найдут его нескоро.

— Что это вы собрались прятать? — прервал их новый голос.

Уолдер Малый стоял, засунув руки за пояс и ухмыляясь до ушей. Теон похолодел. Если мальчишка поднимет тревогу и позовет латников Фреев, а то и самого Рамси, их ничто не спасет. Но Уолдер Малый был глуп и самоуверен. Он остановился в двух шагах от Уолдера Большого и насмешливо протянул:

— Так вот каков твой новый друг, кузен. Я тебе говорил, что он шпионит на кого-то из северян, а ты не верил. Уже тогда был с ним заодно? Никто не видел, как ты пошел куда-то с дядей, а я видел! Сейчас пойду к дяде Хостину и расскажу! Нет, — его лицо озарилось внезапной мыслью, — побегу прямо к Рамси! Пусть он сдерет кожу с тебя и с твоего дружка!

Уолдер Большой ничего не говорил, только все плотнее сжимал зубы. На последних словах он прыгнул вперед, схватил левой рукой кузена за руку, а правой вонзил кинжал ему в грудь. Уолдер Малый что-то прохрипел и упал.

Арья подбежала к ним. Сначала склонилась над Уолдером Малым, проверить, мертв ли он, потом повернулась к Уолдеру Большому.

— Я его убил, — растерянно проговорил Уолдер Большой. Губы его дрожали. — Я убил своего брата.

— Иначе он бы донес на тебя, и убили бы тебя, — жестко сказала Арья. Взяла Уолдера за подбородок и посмотрела ему в лицо. — Когда мне было столько же, сколько тебе, я убила конюшонка в Красном Замке, который хотел донести на меня.

Уолдер помотал головой, словно стряхивая с себя что-то, и посмотрел на Арью. Голос его стал тверже.

— Мы его... тоже закопаем в снегу?

— Нет, — уверенно ответила Арья. И обратилась к Рябине. — Надо незаметно отнести его тело куда-нибудь, где меньше народу, к Горелой Башне, к примеру. И ты, — она снова повернулась к Уолдеру — найдешь его и поднимешь шум. Скажешь, что ничего не знаешь, но недавно твой кузен поссорился с кем-то из Белой Гавани.

— И так мы рассорим Мандерли и Фреев до того, что они передерутся, — произнес Уолдер, окончательно успокоившись.

— А в неразберихе общей драки чего только не случается, — улыбнулась Арья. — Идите.

6.

Все произошло так, как и предсказывала Арья. Когда сир Хостин обвинил лорда Мандерли в убийстве своего племянника, а лорд Мандерли ответил, что племянник мог вырасти и стать Фреем, поднялся невообразимый шум и началась общая свалка. Сир Хостин чуть не зарезал лорда Мандерли, но одна из собак цапнула его за ногу, тот потерял равновесие и свалился на пол, а когда поднялся, рыцари Белой Гавани встали на защиту своего лорда.

Теон сидел в самом дальнем углу рядом с Рябиной, Белкой и Холли. До того, как началась неразбериха, женщины успели съесть по несколько кусков хлеба, поджаренного на свином сале, а Теон выпил кружку густого темного эля. Он украдкой оглядывал Великий Чертог в поисках Арьи. За высоким столом ее не было. Тогда он стал выискивать оруженосцев ее возраста, пара мальчишек показались ему похожими, но пристально рассмотреть никак не получалось. Он уже собирался спросить у Белки, куда подевалась Арья, но тут Хостин Фрей принес тело Уолдера Малого и началось.

Казалось, все рыцари, латники и собаки участвуют в драке. Хотя многие остались сидеть, особенно на местах ниже соли, шум стоял такой, словно бы шло сражение. Люди кричали от боли, ругались, собаки рычали и лаяли, лошади ржали и били копытами. Дредфортские копейщики пытались разнять Фреев и Мандерли, Рамси бросился в самую гущу схватки, размахивая свежевальным ножом.

Теон налил себе еще эля. Белка с Холли тихо хихикали, наблюдая за дракой. Рябина, как ни в чем не бывало, продолжала уплетать хлеб. И тут все звуки перекрыл сначала истошный визг, а потом протяжный вой. Толпа отхлынула, как вода во время отлива и Теон увидел лежащие на полу трупы людей Мандерли, Фреев и дредфордцев, а в центре побоища Серая Джейна и Гелисента стояли над растерзанным телом Рамси и выли в голос. Теон уронил кружку эля на стол, попытался вдохнуть воздуха, и не смог. Девушки сжали с обоих сторон его плечи, а Рябина изо всех сил хлопнула по спине, только тогда он смог вдохнуть. Но говорить не смог, из его горла вырвался только судорожный всхлип. Холли сунула ему под нос еще одну кружку, но он даже не смог взять ее в руки. Девушки влили в него пару глотков крепкого эля, Теон чуть не поперхнулся и закашлялся.

Не верилось, что так могло получиться. Собаки, верные Рамси, больше, чем люди, потому что людей он запугал, а собаки его искренне любили... Может, это все неправда? Может, он сейчас встанет, рассмеется и скажет: «Что, Вонючка, обрадовался?».

Но Рамси не вставал. Шум в Великом Чертоге притих, хотя люди не молчали, но говорили вполголоса, словно опасаясь спугнуть... Кого? Или что? Или они тоже бояться, что лорд Рамси встанет и накажет за то, что так быстро поверили в его смерть?

Не встанет. Не встают с такими ранами. С разорванным горлом точно не встают. Помнится, стражник, загрызенный волками в ночь побега младших Старков, выглядел примерно так же.

Лорд Русе только что получил какое-то письмо, рядом с ним стоял мейстер с вороном на руке. Черные крылья, черные вести. Хотя, что может быть хуже, чем то, что его сына загрызла собственная собака?

Громкий вой сменился тонким визгом и затих — кто-то из бастардовых ребят прирезал обеих собак. Теон не разглядел, кто это был.

— Я вижу, вам всем не терпится пролить кровь, — мрачно произнес лорд Русе, не вставая со своего места. — Войско Станниса застряло в снегах в трех днях пути отсюда, выходите и сразитесь с ним.

Он стал неспешно давать распоряжения, как будто бы и не его сын лежал мертвый на каменном полу всего в нескольких шагах. Хостин Фрей пообещал прикончить лорда Мандерли, рыцари Белой Гавани пообещали этого не допустить, собаки жались по углам, Толстая Уолда зажала рот ладонью, а Русе Болтон, покончив с распоряжениями, о чем-то расспрашивал Бена Бонса. Теон, наконец, сумел взять в руки кружку с элем, которую вручила ему Белка, и осушил ее одним глотком. А потом попросил налить еще.

И тут к нему подошел Уолтон Железные Икры.

— Идем, Переметчивый. Лорд Русе тебя требует.

Теон тяжело встал и медленно пошел к высокому столу. Он даже предположить не мог, что понадобилось Русе Болтону. Если кто натравил собак на Рамси, то точно не Теон. Собаки Теона любят, это правда, но хозяина они любят больше.

Но Русе Болтона интересовали не собаки. Русе Болтона интересовала Арья Старк.

— Рамси сказал, ты провел ночь в его спальне.

— Да, м’лорд, — потупив взор ответил Теон. — И поспешно добавил: — Но я не...

Русе оборвал его:

— Знаю, что ты ее не трогал. Вы вместе пришли в Великий чертог?

— Да... то есть, нет, м’лорд. Я за ней не поспеваю.

Русе внимательно обвел глазами зал в поисках Арьи. Теон обернулся и тоже поискал глазами Арью. На том месте, где сам только что сидел, он обнаружил Уолдера Большого. Белка обнимала его за плечи и что-то говорила, а тот сидел очень мрачный и чуть не плакал. Теон его понимал. Но где же Арья? Где ее искать? И стоит ли сообщать лорду Болтону, если он ее вдруг найдет?

Лорд Русе осушил кубок, который держал в руке и поставил на стол. Тут же стоящий за его креслом чашник наполнил кубок снова. Но руки у мальчишки дрожали, и несколько капель вина пролилось на стол.

Русе обернулся:

— Тебя не учили лить вино в чашу, а не мимо?

— Простите, м’лорд, — лицо мальчишки выражало глубокое раскаяние. Или это девчонка?

Теон чувствовал себя неловко, стоя перед высоким столом у всех на виду. Хотя всем как раз было не до него. Люди собирались на битву, убирали трупы из зала, кто-то доедал свой хлеб и допивал свой эль, но за высоким столом остались только лорд Русе с женой, лорд Мандерли и леди Дастин. И ни лорд Мандерли, ни леди Дастин не обращали внимание ни на Теона, ни на разговор Болтона со слугой.

Лорд Русе посмотрел на своего чашника с удивлением, граничащим со страхом Такой взгляд в последние несколько дней Теон уже замечал.

— Как твое имя?

— Нэн, м’лорд.

Все-таки это девочка. Теон подумал было, не Арья ли это, но Арья не смогла бы произносить «м’лорд» так чисто, точнее так неразборчиво, как произнесла Нэн. Теону простонародный выговор давался с трудом.

Русе снова осушил кубок и отставил его в сторону.

— Это ты прислуживала мне в Харенхолле?

— Да, м’лорд.

По ее лицу было невозможно ничего прочитать. Разве только то, что она очень устала, словно бы не с кувшином вина ходила, а таскала тяжелые ведра горячей воды из кухни в спальню, и так раз десять.

— Я отправил за вами наемников из Бравых Ребят.

— Да, м’лорд.

— Что с ними сталось?

— Их съели волки, м’лорд.

— Как ты здесь оказалась?

— Пришла, м’лорд.

— Почему именно сюда?

— Это мой дом, м’лорд.

Леди Дастин и лорд Мандерли стали прислушиваться к разговору. Лорд Русе и так был бледен, а теперь побледнел еще больше. Он хотел было дотронуться до девочки, чтобы проверить, не призрак ли она, но, поняв нелепость своего жеста, опустил руку. Девочка смотрела спокойно, ожидая дальнейших вопросов и распоряжений. Теон никак не мог разглядеть цвет ее глаз.

Наконец Русе стряхнул с себя оцепенение и коротко приказал:

— Взять ее!

Приказать-то он приказал, но исполнять было некому! Пока с другого конца зала прибежали несколько дредфортских солдат, девчонка бросила кувшин на пол, нырнула под стол и была такова.

— А ты что стоишь? — с несвойственным ему гневом спросил лорд Русе у Теона. — Иди искать леди Арью!

— Да, м’лорд, — ответил Теон, но с места не сдвинулся.

— Ты видел раньше эту Нэн? — отрывисто спросил лорд Русе.

— Нет, м’лорд. То есть, да, м’лорд, — вспомнил Теон. — Вчера она прислуживала вам, когда вы обсуждали убийства.

— А до этого ты ее не видел? Когда жил в Винтерфелле?

— Нет, м’лорд.

Ответить «нет» было проще, чем постараться вспомнить. Еще проще было уйти искать Арью, или же делать вид, что ищет. Но с лордом Русе творилось что-то не то, и Теон силился понять, что именно. Сразу после того, как обнаружился труп его сына, Русе был спокойнее.

Не только Теон это заметил.

— Что с вами, милорд? — спросила леди Дастин.

— Ничего, — ответил Русе и тут же схватился за живот. Лицо его перекосила гримаса боли.

— Я пойду искать леди Арью, — проговорил Теон и так быстро, как мог, направился к выходу.

У дверей его поймали Холли и Френья.

— Идем с нами. Одному бродить скучно, наверное?

Скучно Теону не было, но он покорно пошел с женщинами. Они вышли во двор и стали наблюдать за сбором войска на битву со Станнисом и поисками Арьи Старк.

Очень быстро Теон обратил внимание, что собирались выходить из замка только люди Фреев, а люди Мандерли больше суетились и ругались, но выводить лошадей со двора не спешили. Но суеты и шума было столько, что разобрать, кто на самом деле занят поисками или подготовкой в битве, а кто делает вид, было сложно. Разве что если пристально наблюдать, а не бегать вместе со всеми.

Теон подозревал, что где-то в самой гуще суматохи переодетая в одежду оруженосца Арья Старк увлеченно ищет сама себя. Возможно, остальные прачки ей в этом помогают.

Снег все шел и шел, приходилось пробираться между сугробами, в которые превратились палатки. Они прошли по одной тропинке, свернули на другую, потом Френья отошла в сторону и исчезла за снежной пеленой, а еще через несколько поворотов Холли сменила Ива. Так они бродили, пока перед воротами не затрубили рога и отряд Фреев не стал выходить из замка. Тогда Ива и появившаяся из снежной завесы Рябина направились в богорощу. Там так же шел снег, но было хотя бы теплее.

— Поклонщики, — фыркнула Ива. — Бегают, суетятся, там все и полягут.

— Кто-то уже полег, — весело сказала Холли, выходя из-за дерева. В руке у нее был нож, который она быстро спрятала за пояс.

— А где леди Арья? — спросил Теон, не надеясь на ответ.

— Она сама к нам придет, — отмахнулась Ива.

Арья пока не приходила, зато прибежал Уолдер Большой с целым ворохом новостей. Лорд Болтон заболел, лежит у себя в покоях и мейстеры разрываются между ним и его женой, у которой от потрясения начались преждевременные роды. Арью пока не нашли, Нэн тоже (на этих словах Уолдер усмехнулся так загадочно, как будто что-то знал). В процессе поисков упал с башни Свежевальщик, кто-то пырнул ножом Алина Кисляя, а Молчун отправился куда-то и до сих пор не нашелся. Выпалив новости, Уолдер шмыгнул носом, развернулся и убежал так быстро, будто под ногами была утоптанная земля, а не добрый фут снега.

Теон с Ивой обошли пруд, продираясь через сугробы, походили немного по богороще, а потом пришла очень довольная Рябина.

— Хостин Фрей сломал шею, — сообщила она, стряхивая с платка большой сугроб. — Выехали из ворот, а прямо перед ними яму выкопали.

Так вот почему люди Мандерли не хотели выходить из замка! Арья точно знала про то, кто стоит под стенами и про то, кто выкопал яму, она ведь посылала Белку на разведку. А потом сообщила лорду Мандерли.

Постояв еще немного в богороще, Теон с Ивой и Рябиной направились в Великий Чертог. Пора было узнать новости и съесть хоть что-нибудь. Или выпить.

За высоким столом народу поубавилось. Не было лорда Русе и его жены, не было Хостина и Эйениса Фреев... одни северяне. Виман Мандерли, развалившись на стуле, уплетал колбасу, радуясь при этом так, словно бы снова попал на свадьбу. Леди Дастин оглядывала зал, кого-то ища глазами. Явно не Теона. Теон сам огляделся в поисках Арьи, но, разумеется, не нашел. Какой-то оруженосец уверенно шел к высокому столу... не она ли?

Оруженосец взошел на помост и сел на место Эйениса Фрея. Или Хостина Фрея, Теон не запомнил, кто из Фреев где сидел. Сначала никто не обратил внимания, потом за высоким столом стали оборачиваться в его сторону, наконец, Виман Мандерли спросил:

— Что ты здесь делаешь, мальчик?

— Меня зовут Уолдер Фрей, — Уолдер встал, но все равно его было едва видно. — Я хочу сказать, что...— он запнулся, потом сглотнул и начал громче: — Я здесь остался единственный из Фреев. Сир Хостин погиб, сир Эйенис пропал, скорее всего, тоже погиб.

Шум в зале постепенно смолк, хотя люди продолжали перешептываться, а лошади — переступать копытами. Но звонкий голос мальчика был слышен даже в дальних уголках зала.

— Как единственный здесь из Фреев, я объявляю, что мы больше не вмешиваемся в ваши войны и уходим из Винтерфелла, как только будем готовы.

— Уходите? — Уолтон Железные Икры поднялся из-за стола. — Как же ваши обещания и наш союз?

— Я никаких обещаний не давал и никакого союза не заключал, — твердо ответил Уолдер Большой. — Все Фреи, что вышли из Белой Гавани, пропали и, скорее всего, мертвы. Все Фреи, что пришли в Винтерфелл, пропали или мертвы, кроме меня. Я не собираюсь мерзнуть в разваливающемся замке и каждую минуту ждать, пока невидимые убийцы доберутся и до меня. У Фреев есть свои заботы в Речных Землях и люди, что сейчас мерзнут в Винтерфелле, будут там не лишними.

— Боишься, мальчик? — презрительно спросил Уолтон.

— Да, боюсь, — твердо ответил Уолдер. — Можете назвать меня трусом. Но лучше быть трусом, зато живым.

Чего не было сейчас в лице Уолдера — так это страха. И решение уйти и увести фреевское войско было продиктовано чем угодно, но только не страхом.

Если бы здесь был Русе Болтон... но его здесь нет. Он тяжело болен, шепчутся, что при смерти. Одни со страхом, другие с надеждой.

Виман Мандерли отставил кубок, положил кусок колбасы обратно на тарелку и внимательно посмотрел на мальчика. Тот ответил ему спокойным взглядом.

— Лорд Мандерли, — медленно произнес Уолдер. — Меня не было в Близнецах, когда погиб ваш сын. Я очень сожалею о том, что тогда случилось.

— Надо же, — хмыкнул лорд Мандерли, — среди Фреев один приличный оказался. А между тем, ты подозреваешь, что твоего кузена убил кто-то из моих людей?

— Это сир Хостин подозревал, — буркнул Уолдер. — Я только передал, что мне кузен говорил. Кто бы его ни убил, я ему не дамся.

Теон закрыл рот ладонью, чтобы не рассмеяться. Сидящие рядом с ним Холли и Рябина сделали то же самое. Здесь точно не обошлось без Арьи. Где же она?

Уолдер осушил стоящий перед ним кубок, рассеянно посмотрел на блюдо с колбасами, встал и пошел к выходу, окликая своих людей. Уолтон пробормотал ему вслед что-то про лорда Русе, но остановить не пытался.

— И этот шею себе сломает, — проговорил кто-то из дредфортцев.

Теон не разделял его мнение. Если Уолдер Большой заодно с Арьей, то, кто бы ни стоял за воротами, даст ему уйти.

7.

День, казалось, длился бесконечно. Еще бы, после бессонной ночи! Теон был готов уснуть прямо на лавке в Великом Чертоге, но ему не дали. Подошла Ива, тронула его за плечо и сказала:

— Иди в спальню миледи.

Теон так испуганно встрепенулся, что Ива и Холли засмеялись.

— Да нет там лорда Рамси, нет! — сквозь смех проговорила Холли. — Вы же сами видели, что он умер!

Действительно, Рамси в спальне не оказалось. Зато обнаружилась Арья, которую Теон не сразу узнал в одежде оруженосца Белой Гавани. Понял только после того, как она посмотрела на его ошарашенное лицо и рассмеялась.

— Я не умею менять лица, — сказал она непонятно, — но стоит переодеться, так тебя никто не узнает!

Теон кивнул. Арья поманила его рукой в дальний угол спальни, где стояла наполненная водой деревянная ванна.

— Раздевайся, — привычно сказал Теон. — Я помогу.

— Это ты раздевайся, — возразила Арья. — Это для тебя. Ты больше не Вонючка. И одежду твою я в стирку отдам, а пока наденешь вот это.

На кресле лежали штаны, рубаха, дублет без какого-либо герба. Стащили, наверное, у кого-нибудь из вольных всадников.

Теон в ужасе отшатнулся.

— Нет! Я не могу!

— Ты боишься Рамси? — Арья широко улыбнулась. — Его нет. И Вонючки нет. Ты — Теон Грейджой.

Он отступил на шаг и больно ушибся обо что-то, наверное, о буфет.

— Не надо! Я не буду раздеваться!

Арья прикусила губу, прищурилась, покачала головой и внимательно оглядела Теона с головы до ног. Потом сказала:

— Ты не хочешь, чтобы я видела, что Рамси с тобой сделал? Я могу уйти. Хотя нет, — она оборвала сама себя, — не могу. Я не буду на тебя смотреть.

И с этими словами она подняла с кровати серую атласную ленту и завязала себе глаза.

— Я бы задула свечи, но ты даже при свете спотыкаешься, а в темноте сам расшибешься и всю мебель поломаешь.

Делать было нечего. Теон принялся неловко раздеваться, потом еще более неловко залез в ванну, в которой вода уже остыла, но все равно оставалась теплой. Арья ни разу не споткнулась, ловко брала с полок мыло, полотенце, подала Теону руку, когда он терял равновесие, как будто бы и не было у нее на глазах никакой повязки. И, помогая ему одеться, она застегнула все крючки на дублете без единой заминки. И только после этого сняла повязку. Ее серые глаза сияли торжеством.

— Не разучилась! — радостно произнесла она. — Теперь можешь идти к себе и отдохнуть. Вечером нас ждет серьезный разговор.

Какой еще разговор? И с кем? Но ни о чем не спрашивать Теона приучил еще Рамси, и отвыкать от этой привычки было сложно. Проще было подчиниться.

Вечером действительно состоялся серьезный разговор. Русе Болтон был не в состоянии дойти до Великого Чертога, поэтому позвал лордов к себе в покои. За Теоном тоже послали, и он пошел, думая, не прикажет ли лорд Болтон его убить. Перед всеми домами Севера виноват, как убийца Старков, а перед Болтоном — что не нашел Арью.

Лорд Болтон лежал на кровати под грудой одеял и выглядел едва ли не хуже, чем сам Теон после темниц Дредфорта. Щеки ввалились, лоб покрыла испарина, лицо не то что бледное — серое, одни только белесые глаза все так же цепко смотрели на собравшихся. Роджер Рисвел, леди Дастин, старый лорд Локе, Амбер Смерть Шлюхам... Уолдера Большого не было, возможно он уже покинул замок.

— Теон, — голос Русе был едва слышен, — где Арья Старк?

— Я не нашел ее, м’лорд.

Что он еще мог ответить? Рассказать, как Арья приходила в спальню, чтобы заставить его вымыться? Об этом он не расскажет лорду Русе, даже если тот будет один.

— Ты ни разу не нашел ее, — голос Русе был все так же тих и зловеще спокоен. — Но ты и не ищешь. Не значит ли это, что ее уже нет здесь? Ты мог убить ее и закопать под стенами или вывести тайными ходами, которые ты один и знаешь.

Обвинение было настолько нелепым, что не только Теон, но и все присутствующие опешили. Одна леди Дастин, справившись с шоком, поинтересовалась:

— Зачем ему убивать леди Арью?

— Он уже убил ее братьев и сжег Винтерфелл, почему бы не покончить с делом? Он боялся одного только Рамси, а Рамси мертв после того, как Переметчивый натравил на него собак.

Как можно было поверить в такую нелепость? Хозер Амбер хмыкнул. Лорд Мандерли удивленно посмотрел на Теона, потом на лорда Русе, потом снова на Теона. Леди Дастин первая не выдержала:

— Что ты говоришь, Русе? Да у него и духу не хватило бы не то, что убить Рамси — пальцем его тронуть! И как он мог натравить собак на их хозяина, ты можешь себе представить? Тебе от болезни начинает мерещиться то, чего нет.

Лицо лорда Русе перекосила гримаса не то ярости, не то боли. Видно было, что он еле сдерживается, чтобы не застонать.

— Это не болезнь, — с трудом проговорил он. — Меня отравили. Та девчонка из Харенхолла. Я думал, она мертва. Может, она и в самом деле мертва? И пришла убить меня?

Леди Дастин покачала головой.

— Я пошлю за мейстером.

— Не надо. Уолде мейстер сейчас нужнее, — лорд Русе откинулся на подушки и прикрыл глаза.

— Может быть, мы пойдем? — предложил лорд Мандерли. — Обсудим наши дела, когда вам станет лучше?..

Весь вид лорда Мандерли говорил о том, что он искренне надеется, что лорду Болтону лучше не станет никогда.

Русе открыл глаза.

— Они заодно. Теон и эта девчонка. Она отравила меня, а он убил моего сына и его жену.

Леди Дастин тяжело вздохнула.

— Русе, вчера мы говорили о том, что Переметчивый не способен никого убить, он не то, что кинжал — ложку не удержит!

— Взрослого мужчину он убить не способен. А юную девушку — вполне.

— Да эта девчонка бегает, как горная коза! — рассмеялся Хозер Амбер. — Она его и близко к себе не подпустит!

Теон бы рассмеялся, если бы был на это способен. Угнаться за Арьей было сложно даже будучи здоровым, а уж искалеченному совсем невозможно. На каждый его шаг она делала пять, и исчезала быстрее, чем он понимал, в какую сторону она побежала.

— А где она тогда? — Русе Болтон повысил голос. — Где Арья Старк?

— Я здесь!

Теон не заметил, откуда она появилась — вошла через дверь или же пряталась в комнате под столом или за шкафом. На ней был тот самый плащ, который Теон накинул ей на плече перед свадьбой — белый, отороченный серым мехом, с вышитым лютоволком. Нет, не ей — Джейни. Где теперь Джейни? Вернется ли она сегодня ночью или уже нет? Или она стала призраком?.. На голове у Арьи белый шерстяной платок, скрывающий короткие волосы. Глаза — серые, старковские, выражение лица — решительное. И как будто бы она стала выше ростом. Или на самом деле стала? Плащ длинный, что под ним надето, не поймешь, может она в сапоги подложила что-то, чтобы казаться выше?

— Тебя искали с самого утра. Где ты была? — спросил лорд Русе.

Арья пожала плечами.

— Я молилась в богороще, а потом отдыхала в спальне.

Она стояла посреди комнаты с гордо поднятой головой и смотрела на всех чистым открытым взглядом. «Как можно меня в чем-то подозревать? — говорил этот взгляд. — Я ведь сама невинность!».

— Ты не Арья Старк, — сказал лорд Русе, тихим, но уверенным голосом.

— Русе, да что с тобой? — леди Дастин всплеснула руками. — А кто же она, по-твоему?

— Посмотри на нее — это не та девочка, которую мы привезли в Винтерфелл.

Даже старый лорд Локе встрепенулся и стал оглядывать Арью. Теон был уверен, что в день свадьбы никто из лордов не особенно приглядывался к невесте. Никто не вспомнил, что у детей Неда либо серые глаза, как у Старков, либо голубые, как у Талли. Но никак не карие. И как лорд Болтон собирается обратить подмену в свою пользу? Или и правда забыл, какого цвета глаза у Старков?

— Чушь! — отрезала леди Дастин. — Ты что, считаешь, что Арью Старк подменили? Она стоит перед нами, и я уверена, что это и есть настоящая дочь Неда Старка!

Арья усмехнулась. Теон усмехнулся тоже.

— Теон Грейджой знает ее в лицо, и он подтвердит, что здесь Арья Старк.

— Да, — произнес Теон как можно тверже.

— На свадьбе ты тоже подтвердил, что мой сын берет в жены Арью Старк. Теперь ты лжешь?

Теон съежился под взглядом бесцветных глаз. Если он сейчас скажет правду — кто поверит?

— Я не лгу, — выдавил он.

Русе Болтон хотел что-то еще сказать, но закашлялся. Леди Дастин воспользовалась паузой и обратилась к Арье:

— Подойди ко мне, девочка. Посмотри на меня.

Лорд Русе перевел дух и произнес, глядя на леди Дастин:

— Ты опекала девочку до свадьбы. Ты знаешь, как она выглядит. Ты видишь, что это не та девочка.

Лорд Мандерли сделал движение, чтобы подняться с кресла, но не удержал равновесия и плюхнулся обратно. Кресло жалобно заскрипело.

— Может, это вы привезли в Винтерфелл не ту девочку? Мы все видели, что сделал с Теоном ваш бастард, он мог заставить подтвердить, что угодно.

Лорд Русе усмехнулся одними губами.

— Вы считаете, что я привез не настоящую Арью? Тогда зачем Теону менять ее на настоящую?

— А если это не настоящая Арья, то кто же? — спросил Роджер Рисвелл.

На это у Русе Болтона был готов ответ.

— Служанка из Харенхолла. Ее зовут Нэн и она сбежала от меня. Украла лошадей и карту. А посланные за ней наемники пропали. Или они убили тебя, и ты явилась за мной?

Арья звонко рассмеялась и сбросила с себя платок и плащ. Кто-то успел спороть с ее дублета водяного и вышить лютоволка — криво, но узнаваемо. Явно это была не сама Арья, у той бы вышло неузнаваемо.

— У меня много имен, — она обвела комнату внимательным взглядом и улыбнулась. — Я называлась Арри, Лаской, Нэн, Голубенком, Солинкой из Солеварен, Кошкой-Кэт... Но я всегда была и остаюсь Арьей Старк из Винтерфелла. Я была в Харенхолле, когда его держал Тайвин Ланнистер, я осталась там, когда его захватили северяне, я путешествовала по Речным Землям вместе с Братством без знамен, я пришла в Близнецы на свадьбу Эдмара Талли, но опоздала, и нам с Псом пришлось спешно спасаться...

Леди Дастин не сдержала изумленного возгласа, лорд Мандерли поднес руку ко рту, Роджер Рисвелл смотрел на Арью округлившимися глазами.

— Помнится, я был в Винтерфелле еще до того, как лорд Эддард поехал на юг и там сгинул, — Хозер Амбер нарушил затянувшиеся молчание. — Вместе с Морсом.

— Вы тогда приняли меня за конюшонка, — подхватила Арья, — я приняла вашу лошадь и собиралась ее расседлать. Но тут появился Харвин, сказал: «Что вы тут делаете, миледи» и прогнал меня.

Хозер Амбер громко рассмеялся.

— Русе, — негромко окликнула леди Дастин, — и ты еще сомневаешься? Посмотри ей в глаза — у всех Старков они серые. Мне показалось, перед свадьбой, что у леди Арьи глаза карие, а не серые, но сейчас никаких нет сомнений, что она Старк!

— Вам не показалось, — сказал Теон неожиданно сам для себя. Все взгляды обратились в его сторону. — В Винтерфел привезли не Арью Старк. Арья Старк пришла сама.

«И я не знаю, каким образом», — хотел он добавить, но это было уже излишним, и он промолчал.

Русе Болтон с трудом повернул голову и облизал пересохшие губы.

— Ты мертва, — прошептал он. — Мертва. Ты пришла за мной.

— Я пришла за тобой, но я жива, — ответила Арья. — Ты убил моего брата на свадьбе в Близнецах. Я волк, а волки мстят за своих.

И не дожидаясь реакции на свои слова, Арья ловко проскользнула между Теоном и леди Дастин и исчезла за дверью.

8.

Утром Теон обнаружил у своей кровати ту одежду, в которой был на свадьбе — черную, с золотым кракеном на дублете. Торопливо оделся и отправился в Великий Чертог за едой и новостями.

В Великом Чертоге по сравнению с предыдущими днями было тихо и малолюдно. Ушли люди Фреев и увели большую часть лошадей, а тех, что остались, разместили в уцелевших конюшнях. Теон сел было на прежнее место в дальнем углу, но Арья помахала ему рукой с высокого стола, и он поковылял к ней.

— Лорд Болтон скончался сегодня ночью, — сказала она вместо приветствия. — Леди Уолда родила мальчика. Садись, — она показала на место рядом с собой.

Теон покорно сел, стараясь не смотреть по сторонам, чтобы не поймать недоброжелательные взгляды. Болтонов нет, но для северных лордов он до сих пор остался Теоном Переметчивым, убийцей младших Старков. Он был пленником Рамси, теперь он пленник Арьи, и что изменилось? То, что он больше не Вонючка, с него больше не будут сдирать кожу и отрезать пальцы... этого ли не достаточно?

Перед ним поставили тарелку овсянки с медом. С трудом держа ложку, Теон стал есть и осознал, что голоден. Еще бы — он не помнил, ел ли вчера вообще.

Он почти очистил тарелку, как дверь Великого Чертога распахнулась, и вошли новые люди. Теон подумал было про Станниса, но Станниса среди них не было. Впереди старик с белой бородой и в медвежьей шкуре, рядом с ним шел высокий человек в странном головном уборе, позади несколько укутанных в меха мальчишек с копьями, а за ними двое братьев Ночного Дозора и несколько Железных Людей. Эти-то как здесь оказались?

Теону захотелось сползти под стол и там спрятаться. Но такое позволяется разве что ребенку, а он давно уже не ребенок... и не Вонючка. Вонючка бы спрятался.

Арья бросила на него быстрый взгляд, словно говоря: «Сиди на месте, сейчас я все выясню».

Первый вскочил со своего места Хозер Амбер.

— Морс! — закричал он, бросившись к брату.

Виман Мандерли улыбнулся. Старый лорд Локе одобрительно покачал головой. Остальные лорды тоже заулыбались и закивали.

Пока братья обнимались, человек в диковинной шляпе обратился к Арье:

— Вы леди Арья, я так полагаю? Я — Тихо Несторис из Железного Банка в Браавосе.

Наверное, он хотел сказать что-то еще, объясниться, как здесь очутился, но Арья небрежным тоном, таким, как произносят приветствия тем, с кем видятся каждый день, произнесла:

— Валар моргулис.

— Валар дохаэрис, — ответил банкир, не думая.

А дальше Арья заговорила на неизвестном Теону языке. И не только Теону — никто из присутствующих, судя по непонимающим взглядам, не мог понять, о чем она говорит. Даже мейстеры.

Зато бравосиец весь расцвел и охотно включился в разговор. За ними было интересно наблюдать, даже не понимая слов. Банкир рассказывал, судя по выражению лица Арьи, для нее что-то приятное, потом она произнесла несколько слов, которые его изумили, он, похоже, несколько раз переспросил, а она спокойно подтвердила. Когда они принялись горячо что-то обсуждать, лорд Мандерли не выдержал, стукнул кубком по столу и робко произнес:

— Леди Арья...

— Прошу прощения, — Арья засмеялась. — Садитесь, — обратилась она к банкиру, указав на свободное место за высоким столом.

— Что делают здесь Железные Люди? — поинтересовался лорд Мандерли.

— Тихо Несторис выкупил их у Сибеллы Гловер, чтобы охраняли его по пути из Темнолесья. Он ехал в Винтерфелл на встречу со Станнисом. — Арья повернулась к Теону: — Твоя сестра в плену у Станниса. Он взял ее с собой.

Теон вспомнил, разговоры о том, что Станнис отбил Темнолесье у Железных Людей, и двинулся на Винтерфелл. Но тогда он и не раздумывал над тем, что слышал. Тогда к нему не имело ни малейшего отношения ни Темнолесье, ни Железные Люди, а Станнис — постольку, поскольку он мог дойти до Винтерфелла и убить его, Теона. Тогда он был Вонючкой, а не Теоном.

А знают ли его соплеменники, как был захвачен ров Кейлин?

Нет, пожалуй, Теон не хотел встретиться с Ашей. Да и с теми, кто пришли сюда, тоже не хотел, они люди Аши и неизвестно, что она про него наговорила. А когда они встречались последний раз, он еще не был Вонючкой. И даже не догадывался о том, что может им стать. Надо было бросать все и уходить с Ашей.

Но теперь-то что об этом размышлять! Аша сама в плену. Станнис не Рамси, кожу сдирать не будет, но его красная жрица любит сжигать людей живьем.

Теон настолько ушел в себя, что не услышал, как Арья окликает его. Только когда она сильно толкнула острым локотком в бок, он очнулся.

— Что? — глупо спросил он.

Арья посмотрела на него серьезным и даже суровым взглядом.

— Рассказывай, что ты сделал с моими братьями и как был разрушен Винтерфелл. Помни, что я отличаю ложь от правды.

Он-то помнил. Знали ли об этом остальные северные лорды?

Теон глотнул эля из кубка, чуть не уронил его на стол, но Арья вовремя подхватила. Глубоко вздохнул и начал рассказывать. О том, как обнаружил побег Брана и Рикона, как собрал всех людей Винтерфелла во дворе, как отправился на поиски и как Вонючка предложил ему отправиться на мельницу.

— Вонючка? — переспросила Арья.

— Он назвался Вонючкой, слугой лорда Рамси. Он первым принес мне присягу, когда я взял Винтерфелл.

Хозер Амбер переглянулся с Роджером Рисвеллом. Леди Дастин усмехнулась уголком рта. Виман Мандерли рассеянно откусывал от куска колбасы, который держал в руке, но слушал очень внимательно.

— Рассказывай дальше, — приказала Арья, увидев, что он замешкался.

Дальше было то, о чем рассказывать не хотелось. Тем более в Великом Чертоге Винтерфелла. Ниже соли, скорее всего, его не слышат, там свои разговоры. Люди Аши то и дело украдкой на него поглядывают, но они сидят достаточно далеко от высокого стола и не слышат. Зато слышат все северные лорды.

А может, это к лучшему? Если они поверят, что он не убивал младших Старков, то не будут смотреть с такой ненавистью... Хотя нет, Винтерфелл он взял, Рамси доверился, младшие Старки его стараниями превратились в бездомных бродяг...

Теон глубоко вздохнул, закрыл и открыл глаза и принялся рассказывать.

Арья внимательно смотрела на него, иногда что-то переспрашивала, но ни разу не оборвала его резким окриком «Лжешь». Он и не лгал. Хотелось, если не солгать, но утаить, но едва он пытался что-то пропустить, как Арья останавливала его и задавала вопрос. Как раз тот, который он и хотел обойти.

Когда он закончил, Арья внимательно посмотрела на него, проверяя, все ли он рассказал, потом отхлебнула из своего кубка и сказала, обращаясь ко всем лордам:

— Он не лжет. Он рассказал все, что видел.

— Он действительно не лжет, — включился в разговор лорд Мандерли. — Мы нашли человека, который пережил резню в Винтерфелле. Он рассказал, что видел и мальчиков, и волков, которые прятались в крипте.

— Так вот кто забрал мечи у покойников! — выдохнула леди Дастин.

— Бран далеко, — сказала Арья, не глядя на Теона, — а вот Рикон скоро будет здесь.

— Откуда ты знаешь? — спросила леди Дастин.

— Мне сказали Старые Боги.

— Он же совсем мал! — спохватился Хозер Амбер. — Помнишь его, Морс? Кто его сопровождает?

— С ним лютоволк, верная ему женщина и человек, посланный лордом Мандерли. И я отправила еще надежных людей навстречу ему, — улыбнулась Арья.

Теон давно еще заметил, что в зале нет ни Абеля, ни его прачек. Стало понятно, куда они делись.

— Что вы собираетесь делать дальше, леди Арья? — поинтересовался лорд Мандерли.

— Послать людей за Станнисом, застрявшим в снегах, — улыбнулась Арья. — Он обещал моему брату взять Винтерфелл, ну что же, он войдет в ворота.

— Вы сдадите Станису Винтерфелл? — спросил Роджер Риссвел.

— Зачем? — Арья улыбнулась еще шире. — В Винтерфелле всегда должен сидеть Старк. Леди Винтерфелла я, а когда Рикон вернется, лордом станет он. Станнис был гостем моего брата, теперь будет моим гостем. С ним горные кланы, которых я еще больше буду рада видеть у себя в гостях.

Морс Амбер громогласно рассмеялся.

— Ну и физиономию скорчит Станнис, когда узнает, что его работу сделала юная девушка!

— А что вы собираетесь делать с Теоном Грейджоем? — спросил лорд Мандерли.

Арья посмотрела на Теона и прикусила губу.

— Ты говорил, что мейстер Лювин предлагал тебе надеть черное?

Теон кивнул, не глядя на Арью.

— Так и будет. Ты отправишься в Восточный Дозор вместе с Тихо Несторисом. — Она повернулась к банкиру. — Вы говорили, что дали кредит Ночному Дозору для закупки продовольствия? Я прошу о том же для Винтерфелла. Мы заберем часть припасов у Дредфорта, но Север слишком разорен войной и всем может не хватить.

Тихо Нестор отставил свой кубок и рассмеялся:

— Я обещал королю Станнису кредит, чтобы он пригласил наемников и отвоевал Железный трон. Стоит ли тратить эти деньги на наемников, если есть вы?

— Нет, — серьезно ответила Арья, — я одна не справлюсь. Я ведь не до конца прошла обучение у Безликих.

Такого страха, с которым банкир посмотрел на девочку, Теон даже у жертв Рамси не видел.

Эпилог

Письмо было запечатано розовым воском, с оттиском чего-то, отдаленно напоминающего лютоволка. Джон неуверенно взял его в руки, потом, резко сломал печать и развернул. Прочитав едва ли две строки, он начал смеяться, звонко и заливисто, как мальчишка.

— Над чем ты так ржешь, ворона? — ворчливо спросил Тормунд.

На глазах Джона от смеха выступили слезы и он не то, что ответить, даже дочитать письмо до конца не мог. Наконец он справился с собой, пробежал глазами свиток, рассмеялся еще пуще и, продолжая корчиться от смеха, протянул письмо Тормунду.

— Грамотке-то я не обучен, — сказал одичалый. — Это ты в своем замке читать учился, а мне за Стеной некогда было.

— И то верно, — согласился Джон, справившись со смехом. — Письмо от моей сестры, сейчас прочту.

Джон! Винтерфелл мой! Рамси Болтона растерзали собственные собаки, а Русе Болтон заболел и в тот же день умер. Фреи тоже все мертвы, кроме одного мальчика, а он на моей стороне. И он со своими людьми уже ушел. Станниса я пустила погреться, а то он, пока шел, потерял почти всех лошадей и половину войска.

Тихо Несторис сказал, что ты хотел меня отправить в Браавос. Не поеду я в Браавос, я там уже была, меня Старые Боги сюда вернули, второго раза мне не надо. Я буду в Винтерфелле, пока не вернется Рикон. Он жив, Джон! И Бран жив! Теон их не убивал, он убил сыновей мельника, а наши братья живы! Подойди к любому чардреву, позови Брана и он откликнется. А за Риконом отправились те, кого ты посылал за мной, и он скоро будет здесь.

А Теона я отправила в Ночной Дозор. Ты его не убивай, ладно? Он и так немножко умом повредился после болтоновского бастарда. И часть дредфордцев я тоже к тебе отправляю, еще часть останется у нас восстанавливать Винтерфелл, а остальных я пошлю в Дредфорт за припасами. У них на зиму много запасено, а в Винтерфелле нет, а нам еще Станниса кормить.

Станнису я сказала, что Север признает его законным королем, если он не будет нам навязывать Красного Бога. Он и сам не очень-то верит, но некоторые его люди верят. Я ему честно сказала, что видела, как жрец Рглора воскресил мертвого, но еще сказала, что от Старых Богов я не отрекусь, и Север не отречется, потому что они нам помогают. Станнис очень злился и скрипел зубами, но согласился.

Рябина сказала мне, что ты теперь берешь женщин в Ночной Дозор и заселил ими целый замок. Я приду к вам, когда закончу с делами в Винтерфелле и в Речных Землях. Пока Винтерфеллом будем править мы с лордом Мандерли, в Белой Гавани сейчас его сын и он хорошо справляется. А потом и Рикон подрастет.

Ты знаешь об одичалых в Суровом Доме? Я узнала, что туда приходили работорговые суда из Лисса, одно попало в шторм и было вынуждено остановиться в Браавосе, где его арестовали. Но второе могло дойти до Лисса и тогда оттуда придут еще работорговцы.

Джон, прости меня, я Иглу оставила в Браавосе, я хорошо ее спрятала, но не успела забрать. Но Тихо Несторис поклялся мне, что найдет ее и отдаст людям Станниса, которые поедут с ним за золотом.

Я ужасно скучаю по тебе! Вот кончится зима и война, и мы с тобой обязательно встретимся!

Твоя сестра Арья.

Когда Джон закончил чтение, Тормунд сам захлебывался от смеха.

— Ну и сестрица у тебя! Нашим копьеносицам стоит у нее поучиться!

— И подумать только, — пробормотал Джон, сжимая письмо в руке, — что я считал ее ребенком, которому нужна защита.

— Это от нее нужна защита, — снова рассмеялся Тормунд. — Но не поможет. Что будем делать с Суровым Домом, ворона?

— Успевать прежде работорговцев, — решительно сказал Джон. — Надо собрать всех.

* * *

Девочка открыла глаза. Она стояла внутри большого храма с изваяниями богов вдоль стен и мигающими красными свечами у подножий статуй. Посередине храма располагался небольшой пруд с черной водой. Виднелись фигуры молящихся людей, но их было немного, куда меньше, чем в любой септе. Девочка сделала несколько робких шагов вперед.

— Кто ты? — спросил чей-то голос.

Она была уверена, что этого человека минуту назад здесь не было. Девочка точно знала, что не видела его раньше, но показалось, что видела, и не раз. Странный балахон черный справа, белый слева, очень доброе лицо, смотрит на нее, прищурившись...

Девочка посмотрела на него карими, блестящими от слез глазами.

— Никто, — еле слышно сказала она.

— Ты не лжешь, — сказал человек после долгой паузы. — Идем со мной, дитя.

Оставить комментарий

Поля, отмеченные * являются обязательными.





Город, где проводится ЗилантКон