Встреча среди руин

Автор: Ассиди

Фандом: Дж.Р.Р.Толкин «Арда и Средиземье»

Персонажи: Нолдо из дружины Маэдроса

Рейтинг: G

Категория: Джен

Жанр: Драма

Примечание: Начато в 2003 году, заброшено, а потом дописано для команды Сильма на Фандомную Битву - 2012.

Написано: 15 мая 2012 года

Посланец Маэдроса и Маглора, пришедший в лагерь Эонвэ требовать Сильмариллы, встречает там своего родича...

— Передай им, что право на Камни они утратили своими деяниями, самые страшные из которых — убийство Диора и разорение Гаваней.

Эонвэ говорил негромко, но его слова, казалось, слышал весь лагерь войска Валинора. Артанар стоял перед глашатаем Манвэ, чувствуя, что все взоры устремлены на него. Посланец Маэдроса и Маглора чувствовал себя в этом лагере более чем неуютно.

— Они должны возвратиться в Валинор и предстать перед судом Валар. Только по решению Манвэ я смогу отдать им Сильмариллы.

— Я слышал твои слова, Эонвэ, — Артанар поклонился. Он всеми силами сохранял безучастность, хотя это и было безумно трудно. — Я передам их лорду Маэдросу.

Это очень тяжело — повернуться и уйти, не замечая ничьих взглядов. Артанар пытался не смотреть на окружающих его эльдар, в каждом направленном на него взоре ему чувствовалось презрение. Да что они знают о жизни в Белерианде! Да, им удалось одержать победу, но разве не нолдор Белерианда подготовили эту победу? Разве они не заплатили за нее своими жизнями? А где вы, такие мудрые и такие сильные, были раньше? Почему позволили Морготу уничтожить Древа Света и убить короля нолдор? Почему не помогли нолдор уйти из Валинора, чтобы отомстить врагу? И теперь вы еще пытаетесь в чем-то нас обвинять? Не понимая, что мы были вынуждены совершить все то, что совершили?

И что же делать теперь? Ни в какой суд Валар Артанар не верил, это очередная отговорка. А нападать на лагерь Эонвэ не имеет смысла. Их слишком много. И если они сумели справиться с самим Морготом, что сможет горстка нолдор, измученных несколькими веками непрерывной войны?

Впрочем, ему не стоит об этом думать. Пусть решают лорды. Он передаст им слова Эонвэ, а они... может быть, они что-нибудь придумают?

Артанар шел, не глядя по сторонам, стараясь скорее покинуть лагерь, и когда его окликнули, сначала даже не понял, что это обращаются к нему. А когда понял — почти с враждебностью посмотрел на подошедшего, готовый к отпору.

Это был высокий черноволосый нолдо, одетый так аккуратно, словно не на войну вышел, а на пир в королевский дворец. Артанар хотел в самых изысканных выражениях, позаимствованных у смертных, объяснить незнакомцу, что разговаривать с ним не желает, но почему-то промедлил. Этот нолдо кого-то ему смутно напомнил.

Но ведь у него нет знакомых в Валиноре! Он родился уже позже, в Белерианде, в долгие годы затишья после первых победных войн. А о Земле Благословенной знает только по рассказам родителей и старшего брата. Вот кого напомнил ему этот незнакомый нолдо — брата, который пропал без вести за несколько лет до Браголлах. Впрочем, на кого бы он ни походил, это не повод задерживать Артанара, который торопится к своему лорду. И сейчас он все-таки скажет все, что думает...

— Как твое имя? — спросил незнакомец. — И как имена твоих родителей?

«Зачем тебе это знать? Шел бы своей дорогой, а я пойду своей», — хотел сказать Артанар, но вместо этого все-таки назвал имена родителей, сам удивляясь, зачем он это делает...

— Ну, здравствуй, — улыбнулся нолдо, — а я Ариндо, отец твоей матери.

— А... — Артанар хотел что-то сказать, но не смог.

Вот чего он не ожидал — так это встретить здесь своих родичей. Он привык терять — родичей, друзей, дома... но обретать еще не научился. Негде было.

— Скажи мне, где Сирилиндэ?

— Мама погибла... Вместе с отцом, в Дагор Браголлах, — Артанар старался оставаться спокойным. — А Арталин пропал за несколько лет до Браголлах, отправился в разведку и не вернулся... Я один остался.

Артанар замолчал. Вспоминать лишний раз о потерях не хотелось. И тем более не хотелось гадать, что случилось с братом, потому что если в пограничье эльда пропадает без вести, то либо он погиб и тело не найдено, либо... Об этом даже думать не хотелось.

Ариндо обнял внука за плечи и усадил рядом с собой. Артанар не сопротивлялся, хотя ему казалось, что все в лагере валинорского войска только и делают, что смотрят на него. Пора было идти... может быть, сказать, что он еще вернется, только передаст лорду Маэдросу слова Эонвэ, но уходить не хотелось. Артанар не знал, удастся ли ему вернуться, и если удастся — то как? Какое решение примут лорды? Возвращаться в Валинор? Отказаться от Камней? Или же — как тогда, в Дориате, в Арверниэн... Нет, этого не будет! Силы слишком неравны. И кроме того, ни у кого из них больше не достанет сил поднять оружие на эльдар.

— Вам тяжело пришлось здесь, — не то вопрос, не то утверждение. — Но теперь все кончилось. Теперь вы можете вернуться обратно в земли Амана.

Вернуться? Туда, где он никогда не был? А зачем ему эти земли? Здесь он родился, здесь он вырос, и сколько его товарищей заплатили своими жизнями за жизнь этой земли... А теперь и сама земля разрушается, и чья в том вина?..

— Если будет на то решение лорда Маэдроса — вернусь.

Ариндо грустно улыбнулся.

— Разве тебе хочется остаться здесь? Смотри, эта земля рушится, скоро ее совсем не станет... Неужели тебе не хочется увидеть Тирион, Валмар?..

— Я сказал — вернусь, если на то будет решение моего лорда, — повторил Артанар. Тон его не оставлял сомнений в том, что это слово — окончательное.

Тем не менее, Ариндо не понимал.

— А сам ты не принимаешь решений?

— Но ты же подчиняешься своему королю! — с ответным непониманием возразил Артанар.

— Подчиняюсь. Но свою судьбу я решаю сам.

Артанар все равно не понял. Что значит — «решаю сам»? По чьему решению валинорские эльдар пришли на войну? Не по своему собственному же! Им Валар приказали!

— А почему ты не ушел с моими родителями?

Ариндо ответил не сразу. Наверное, вспоминал момент ухода. Артанар много знал по рассказам и про тьму, спустившуюся на Валинор, и про Клятву, про битву в Альквалондэ... Но слышать — это одно, а присутствовать — совсем другое. В одном он не сомневался: если бы родился раньше, то не бросил бы своих родителей, ушел вместе с ними. Как брат, бывший тогда еще подростком.

— Наверное, потому, что не верил в то, за чем они уходили. Можно уйти из Валинора, но нельзя уйти от Валар. Они — стихии этого мира, они везде, даже там, где мы не видим их физически.

Артанар помотал головой:

— Тогда что же они не явились к нам на помощь? Сидели в своем Валиноре, где никакого Моргота и никаких опасностей!

— Вы сами отреклись от Валар, когда уходили. Я сам слышал, как посланец Манвэ предупреждал нолдор. Собственно, поэтому я и не ушел сам и отговаривал свою дочь.

«Зато если бы мама осталась, я бы не родился!» — подумал Артанар, но не сказал вслух. Как-то у него уже мелькала мысль: «лучше бы я не рождался вовсе», даже не один раз — после Нирнаэт, и еще раз сравнительно недавно, в Гаванях, когда он чуть не убил одного из своих друзей, защищая лорда Маэдроса...

Надо было прекращать разговор. Надо было встать и уйти, но почему-то не удавалось. Его там ждут... он может еще вернуться... если лорды не прикажут уходить далеко на восток. И он пойдет! Пойдет, несмотря на то, что хочется поближе познакомиться с вновь обретенным родичем.

Или не хочется? Чего родич еще наслушался за столько лет от Валар?

Артанар огляделся вокруг. Хотя ему до сих пор казалось, что все смотрят на него, на самом деле никто на него и не смотрел, как будто каждый день к валинорским нолдор приходят родичи из Эндорэ. А может, и правда, приходят... он не знает, что с другими эльдар. Кто-то ведь вернется, и кто-то, наверное, тоже обрел родичей. Только для них, для верных дому Феанаро, Валинор уже давно перестал быть реальностью, даже для тех, кто там родился. И о том, что в Валиноре могут быть вполне живые родичи, никто и не задумывался.

А вполне живые валинорские эльдар его и не замечали, бродили по лагерю, возвращались откуда-то, разговаривали между собой... До Артанара долетали обрывки реплик:

— Нет, Ансилмо, в ночную стражу с Лаурэ тебя нельзя ставить! Вы же опять заговоритесь о чем-нибудь возвышенном и забудете, где стоите!

— Когда это мы забывали? Я тогда вовремя поднял тревогу!

— Когда мы тех орков уже поймали, очень вовремя!

— Но ведь поймали же!

Стоящие неподалеку ваньяр рассмеялись, и Артанар сам поневоле улыбнулся. Ариндо, почувствовав настроение внука, перевел разговор на другую тему:

— Расскажи мне о себе. Я ведь совсем тебя не знаю.

— А что обо мне рассказывать? — смутился Артанар. — Я воин лорда Маэдроса. До Браголлах был в одном из пограничных отрядов, потом мы обороняли Химринг, пока не пришлось его оставить...

— И это все, что ты можешь о себе сказать?

— А что еще говорить? — нолдо искренне не понимал. — У нас не оставалось времени и сил ни на что еще. Даже в мирные времена надо было готовиться к предстоящим битвам. Мы пришли сюда сражаться с Морготом, а не наслаждаться покоем.

Ариндо покачал головой:

— Наслаждаться жизнью — это нормально, а война — как раз нет. Но ты это поймешь, только если вернешься в Валинор со мной, там я смогу объяснить тебе намного лучше, чем здесь. Неужели ты не знал ничего, кроме войны? И никого не любил?

Артанар смутился еще больше. Родич как будто знает, о чем спрашивать и как больнее ранить. Или у них в Валиноре это по-другому называется?

— Была одна девушка в Хитлуме... — произнес он после длительной паузы. — Я встретил ее перед войной, перед Нирнаэт Арноэдиад, когда приезжал в Барад Эйтель в свите Маэдроса. Мы хотели встретиться после войны... а потом я узнал, что она погибла...

«А может, оно и к лучшему», — продолжил Артанар про себя. У девушки мать из синдар, что бы она сказала?

— Мне жаль, — тихо и сочувственно сказал Ариндо.

— Что мне еще оставалось делать? После того, как мы все потеряли...

Ариндо погладил внука по волосам. Артанар покорно принял ласку, хотя ему показалось, что вот еще немного — и он заплачет. Плакать недостойно воина нолдор! И вообще, ему пора идти...

— Мне бы не хотелось потерять еще и тебя...

Артанар наконец-то решился:

— Прости, я... мне нужно идти. Я вернусь, обязательно! Передам слово Эонвэ лордам и вернусь!


Дойдя до лагеря, Артанар уже убедил себя в том, что родич ему померещился, равно как и обещание вернуться. Уж больно тяжела была дорога, даже для привычного ко всему воина. Сколько он отсутствовал — часа два, ну, три, не больше. А за это время появилась одна скала, исчезла одна река, переместившись куда-то вправо, ближе к лагерю валинорского войска, и образовалась глубокая трещина. Внутри трещины разгоралось подозрительное зарево. Артанар прикинул расстояние до противоположного края и решил не рисковать, а пойти в обход. В обход — значит лезть на скалу, другой дороги не было. Пока он лез, пока спускался, произошедшее в лагере валинорских эльдар отдалялось все больше и больше, переставая быть реальностью. Вот она реальность — разрушающаяся земля, горстка измученных нолдор, все, что осталось от некогда грозного войска сыновей Феанаро... А сыновья Феанаро его ждут, а он позволил себе непозволительную роскошь задержаться. Не болтал бы там ни о чем со всякими тирионскими нолдор - может и успел бы перепрыгнуть через расщелину и не пришлось бы карабкаться на скалу, похожую на скалы Тангородрим. Интересно, как теперь возвращаться обратно в лагерь? И пройдет ли тут лорд Маэдрос? Тут двумя руками попробуй удержись, а одной вообще непонятно как.

Он ожидал упреков, но их не было, наоборот, товарищи обрадовались его возвращению. А как было иначе — надо радоваться, что вернулся, а то недавно двое под обвалом погибли, не смогли откопать. Артанар сам пытался, но сверху посыпались еще камни, и пришлось срочно отходить. Те, валинорские, наверное, под обвалами не гибнут, у них майар есть, они такого не допустят.

Лорд Маэдрос тоже ничего не сказал по поводу позднего возвращения. Выслушал все, что передал ему Артанар, ничем не показывая свое отношение к словам Эонвэ. Как будто ему сообщили что-то обыденное, вроде отсутствия происшествий в последнюю стражу.

— Это все? — спросил он безразличным тоном.

— Да, — Артанар поневоле ответил так же безразлично, хотя очень хотелось спросить, что лорд думает и что собирается делать. Но такой возможности ему просто не оставляли. Уж в чем-в чем, а в выражении лица лорда Маэдроса его дружинники хорошо разбирались. Если захочет, сам что-нибудь скажет.

Но он ничего не сказал, а повернулся и отошел. К самому краю их лагеря, где его ждал лорд Маглор. О чем они говорили, Артанар, разумеется, не слышал. Он сел у костра, отказался от предложенной порции еды и смотрел в огонь, ни о чем не думая. Его пытались спросить, что он видел в валинорском лагере, но он молчал, совсем как лорд. Только когда ожидание вконец уж измотало, ответил невпопад:

— Сейчас туда, наверное, уже не пройти, там трещина глубокая, и пламя внутри, я лез в обход через скалу.

— До нас она не доберется? Не пора ли опять лагерь переносить? — забеспокоились вокруг.

Но Артанар опять уставился в огонь и ничего не ответил. Все равно, переносить лагерь они если и будут, то только с разрешения лордов, а те все еще разговаривают. Не могут на что-то решиться. На что?

Лучше бы и правда, перенесли лагерь куда-нибудь далеко на восток. За Эред Луин. Где нет никаких валинорских нолдор, майар, Сильмариллов и неразрешимых вопросов.

Все ждали решения лорда Маэдроса, но почему-то не сразу заметили, как он подошел. Наверное, потому, что он сразу не заговорил, а стоял и смотрел на огонь. И потом негромко сказал:

— Мы с Макалаурэ уходим. Вы остаетесь здесь до утра. Утром вы вольны идти, куда хотите, я освобождаю вас от клятвы верности.

Артанар вскочил на ноги.

— Лорд Маэдрос! Дороги в окрестностях опасны, позволь сопровождать вас!

— Мы доберемся сами, — голос был предельно холоден, а выражение лица лорда ничего хорошего не обещало.

Но Артанар все никак не мог успокоиться:

— Когда я уходил, не было столь глубокой трещины, которую мне пришлось обходить, когда возвращался! Дорога меняется ежечасно!

Маэдрос чуть улыбнулся.

— Если дорога ежечасно меняется, то зачем нам проводник? Мы пойдем, так же как и ты, разведывая дорогу.

— В темноте?

— Нам приходилось идти и в темноте.

Верно. Приходилось. И не только в темноте, но и в постоянной угрозе от рыщущих по лесам орков, волков и прочих тварей. Сейчас хотя бы их нет...

— А нам что делать? — спросил кто-то из сидящих в стороне от костра.

— Что хотите. Уходите на восток или же отправляйтесь в Валинор, как пожелаете. Вас там примут, — добавил Маэдрос после паузы и отвел взгляд. Немного подождал, не будут ли еще вопросы... но все молчали, и Маэдрос отошел к стоящему неподалеку Маглору. Еще немного — и они пропали из виду, растворились в темноте.

— Они пошли в валинорский лагерь? — спросил сидящий рядом с Артанаром Торонвэ.

— Думаю, что да.

— Но почему без нас? Возвращаться — так всем.

— Я не думаю, что они вернутся, — тихо сказал Артанар. — Я пойду за ними.

— Но лорд приказал оставаться до утра здесь!

— Значит, я ослушаюсь его приказа. Все равно он освобождает нас от клятвы верности.

— И что ты им скажешь?

— Они меня и не заметят. Если только им не будет угрожать опасность. А тогда и упрекать будет не за что.

В том, что его не заметят, Артанар и не сомневался. Сотня лет на пограничье и еще больше — непрерывной войны научили многому, в том числе пробираться незаметно и в темноте.

— Они хотят взять Сильмариллы силой? — догадался Торонвэ. — Вдвоем?

— А ты бы пошел?

— Нет. Хватит с меня Гаваней.

— И с меня, — поддержали другие.

— Вот поэтому они и приказали нам оставаться.

— Но ты уходишь?

— Я же сказал — меня не заметят!

Его и вправду не заметили — хотя бы потому, что было некому. Маэдрос и Маглор ушли вперед, Артанар не видел их за нагромождениями скал и камней. Но знал, что они впереди, и это чувство помогало обходить препятствия, которые он с таким трудом преодолевал днем. Трещина с тех пор расширилась еще больше, и жар от нее чувствовался за несколько шагов. Но на этот раз обходной путь оказался проще, второй раз всегда легче дается.

Артанар даже не думал, что собирается делать. Помочь лордам отобрать камни? Помочь валинорцам их защищать? Они в помощи не нуждаются, у них майар. Попробовать уговорить? У Маэдроса и Маглора это куда лучше получится. Или уговорить лордов остановиться? Это в лагере надо было делать, а там даже заговорить об этом не получилось. Так что лучше не думать, а идти. И думать только о дороге. А то и в речку недолго свалиться.

Благополучно миновав речку, Артанар очутился на краю валинорского лагеря. Какие-то фигуры стояли у крайних шатров, но он прошел незамеченным — что такое валинорские эльдар против химрингского разведчика! Никого не видно, неужели он ошибся? Или пришел слишком рано?

Артанар направился к центру лагеря, туда, где днем он разговаривал с Эонвэ. Наверное, Сильмариллы там. И если он опередил лордов... ну, значит, он повторит судьбу собственных товарищей в Гаванях, что пошли против своих же. Или не повторит, если не достанет сил.

Он не успел. Раздался чей-то крик — не иначе, как от того самого шатра, полыхнул свет, издали было не понятно, факелы или все же тот самый свет... Валинорские эльфы, какими бы мирными и не знающими трудностей войны их ни считали, по тревоге поднимались быстро. И, подбежав к шатру, Артанар оказался посреди толпы. И увидел тех, за кем шел сюда. Они стояли вдвоем, в центре толпы, и держали в руках по Камню, и в свете Сильмариллов их лица было совершенно не узнать. Артанар даже испугался, хотя до этого каким только своего лорда не видел. Сильмариллы он тоже никогда не видел и не знал, каким должен быть их свет. Почему-то не оставляло чувство, что не таким. Не слепящим. Он даже рукой глаза прикрыл — не то от света, не то, чтобы лорд не заметил. Но он, наверное, и не заметил... Он ничего не замечал — только Камень в левой руке. А валинорские эльдар стояли вокруг — и молчали. Но каждый держал руку на мече. Даже Артанар схватился — на всякий случай. А у шатра, где хранились Сильмариллы, лежали неподвижно два тела, и не было видно — кто.

Если в лагере своих разговор с внезапно обретенным родичем как-то отошел на второй план, то сейчас, наоборот, Артанар как будто увидел Ариндо перед собой. Кто сейчас стоял на страже? Неужели...

Но к шатру было не подойти и не разглядеть ничего из-за света проклятых Камней.

Терять Артанар уже привык. Но сначала обрести, а потом потерять было слишком тяжело для одного нолдо. Хватит с него уже потери лорда, в которого он так верил.

Сыновей Феанаро так и не тронули. Просто стояли вокруг и смотрели. Если бы захотели убить — убили бы. А может, свет Камней заставил валинорское войско чуть расступиться?

Артанар хотел направиться вслед за лордом — неизвестно, зачем, не заставит же он отдать Камни! Просто надо было что-то сделать. Его здесь, кажется, и не узнал никто, а если и узнал, то виду не подал. Действительно, зачем им какой-то нолдо, который еще и ни на кого не нападает.

Артанар почти вырвался из круга... и тут кто-то коснулся его руки. Он обернулся... и чуть не упал.

— Ты вернулся, я рад, — сказал Ариндо.

— Я вернулся, — повторил Артанар. — И я отправлюсь с тобой в Валинор.

Он кинул взгляд туда, куда удалились сыны Феанаро... но даже свет от Камней куда-то исчез. Наверное, за ближайшей скалой. Только полыхнуло где-то зарево, и все. Наверное, та самая трещина. Маэдрос ее уже видел, так что случайно не оступится.

Артанар посмотрел в сторону центрального шатра... теперь уже можно было разглядеть тела убитых стражей. Кто-то из ваньяр, может быть, даже те самые, чей разговор он слышал днем.

— Я так боялся, что это был ты... — сказал он тихо.

— А я боялся, что ты придешь отбирать Камни, — признался Ариндо.

— Нет, хватит с меня. И со всех остальных тоже, — Артанар посмотрел на родича. И снова повторил: — Я возвращаюсь с тобой. Я буду учиться жить заново.

Оставить комментарий

Поля, отмеченные * являются обязательными.





Школа, где учится Гарри Поттер